– Привет! Так что, брать билеты на субботу? — звоню подружке, с которой планировали поехать на концерт в другой город.
– Знаешь, что-то не хочу уже, перегорела, — отвечает она. — Давай в другой раз.
– Нет так нет, только другой раз будет через год, а до него еще нужно дожить, — шучу, стараясь скрыть разочарование.
Я-то и с гипсом на руке согласна ехать… и муж готов нас отвезти, хоть ему все эти концерты в древних замках до лампочки. А подружке надо всего-то сказать: «Да!» и сесть в машину.
Она грустно вздыхает:
– Понимаю, но сейчас я не могу заставить себя выйти из дома. Совсем нет сил.
Вот тебе раз!
Казалось бы — вчера вышла в отпуск, а вместо радости, ну или хотя бы выдоха и предвкушения отдыха — здравствуй, грусть. Добрый вечер, апатия. Ничего не хочется, никто не радует. Какие уж тут поездки? Сон, книжки, прогулки…
Тащить усталого человека развлекаться — так себе идея, поэтому соглашаюсь:
– Переутомилась ты, похоже. Бог с ним, с концертом, отсыпайся.
Через неделю мы с ней встретились за рюмочкой чая, и она сама себе удивлялась:
– Могу функционировать только в режиме напряга и дедлайна, как только нет срочных задач — все, меня и трактором не поднять. Словно нет работы — и меня нет. Не представляю, чем занимаются люди, если у них появляется много свободного времени?
– Большинство таких «выгоревших», думаю, отсыпаются. Первые полгода точно.
– Полгода? Да ну, быть не может.
– Может, может. Сама такая и других знаю. Знаешь, прочитала недавно у кого-то фразу: дайте женщине выспаться и узнаете, как она умеет любить.
– Допустим. А потом?
– Женщины часто квартиру драят, шкафы освобождают, моют все углы, ремонт начинают. Везде, куда руки не доходили, наводят уют и порядок, собой начинают заниматься. Массажи там всякие, косметологи, тренировки, прогулки, ну и все в этом роде. Кто-то с внуками возится. Дача, цветы, хобби, танцы, путешествия, онлайн-курсы — кто во что горазд. Если у тебя нет нужды работать за еду и коммуналку, найти радость несложно. Она везде!
Подруга смотрит на меня с недоверием.
С тех пор как мы с ней перешагнули возраст, который мои дети любят называть «полвека», ей все сложнее и сложнее находить поводы для радости. Годы пролетели слишком быстро, ей кажется: много не успела. И вместо «половина жизни прошла, можно уже, наконец, делать что хочется», с сожалением оглядывается в прошлое, ищет причины своих ошибок. Легче от этого не становится. Наоборот, только хуже.
И ладно бы 50-летние! Мы, сделанные в СССР, и правда совсем не умели думать о себе. Учимся этому с трудом.
Подписана на канал в телеграмм, где тусуются женщины 35 — 45 лет. Там тоже грусть-печаль.
На днях одна написала, что в отпуске читает «Праздник, который всегда с тобой» Хемингуэя и поражается, что при всей бедности послевоенной жизни писатель описывает окружающую действительность с помощью прилагательных «превосходный, отличный, отменный». Радуется всему: вкусной еде, хорошему кофе, солнечному дню, бокалу вина.
