Татьяна незаметно вытерла глаза: — А я и забыла совсем про этот день… Помнишь, Оленька, как ты потом этим молотком себе палец отбила? Ревела на всю дачу.
— Зато теперь любой шкаф соберу, — улыбнулась Ольга, и все тихонько засмеялись.
На следующем кадре — семейное застолье. Тётя Вера колдует над праздничным столом, совсем молодая, в цветастом переднике. Её пироги всегда были центром любого праздника.
— Господи, — прошептала тётя Вера, — это ж день рождения Олечки, пятнадцать лет… Я тогда три дня готовилась, даже отгул на работе взяла.
Алексей тихо комментировал каждую фотографию, каждое видео. Он знал историю каждого снимка — Ольга рассказывала ему долгими вечерами, пока они разбирали старые альбомы. А теперь эти истории оживали, складывались в единую картину их общей жизни.
На экране появилось первое семейное видео с Алексеем — ещё неловким, в слишком официальном костюме, пытающимся правильно держать тост на семейном ужине. Нина Петровна невольно улыбнулась, вспомнив, как волновалась тогда — понравится ли ей будущий зять?
— А помнишь, Алёш, — вдруг сказал Виктор Иванович, впервые за вечер подав голос, — как мы с тобой потом на балконе курили? Я тебя всё выспрашивал о планах на жизнь…
— Помню, папа. Я тогда чуть галстук от волнения не сжевал.
Лида, до этого молчавшая, вдруг встала и подошла к своему свёртку, который так и лежал нераспакованным: — А можно я сейчас открою? Хочу посмотреть, что там за сертификат…
Её голос дрожал, но это было уже другое волнение — не от обиды, а от предвкушения. Она развернула бумагу и замерла, читая: — «Сертификат на воскресный пикник у реки. Я помню, как ты рассказывала про то место, где вы с девчонками купались в молодости. Давай съездим туда вместе?»
Нина Петровна открыла свой альбом заново, теперь уже медленно, вглядываясь в каждую фотографию. На первых страницах были самые старые снимки — ещё из её молодости. Вот она с подругами в парке, вот первое свидание с Виктором…
— Алёша, откуда у тебя эти фотографии? — её голос дрогнул. — Я думала, они все потерялись при переезде.
— Нашёл у бабы Маши в старой коробке, — Алексей присел рядом с тёщей. — Три вечера сканировал, реставрировал. Знаете, сколько историй она мне рассказала про каждый снимок?
Виктор Иванович подошёл к жене, заглянул через плечо в альбом: — Надо же… А это где? Что-то не припомню.
— Как не припомнишь? — оживилась Нина Петровна. — Это ж наша первая поездка на море! Ты ещё тогда…
Татьяна тем временем уже планировала свою прогулку: — Значит так, Алёш. В следующую субботу едем на Чистые пруды. Я там полжизни провела, все истории тебе расскажу. И Олечка не все знает, она маленькая была…
— И я с вами! — вдруг встрепенулась тётя Вера. — У меня там тоже… свои истории есть.
Она хитро улыбнулась, и все поняли — речь о том самом лейтенанте с военной кафедры, о котором она никогда не рассказывала, но все знали.
