— Не что, а кто! — поправила свекровь, как будто ничего страшного. — Это мой младший сын, твой деверь. Поживёт у вас, пока работу не найдёт.
— Что?! — Вера чуть не закричала. — Антонина Павловна, вы с ума сошли?
***
Вера проснулась от громкого хлопка двери. Воскресенье, единственный день, когда можно было не торопиться. Но для Антонины Павловны этот день — просто еще один повод напомнить о себе.
— Алешенька! — прорвался громкий голос через дверь. — Ты дома?
Вера протерла глаза и со вздохом поднялась с кровати. Алексей уехал в командировку ещё вчера, но свекровь это не волновало. Она пришла, как всегда, без приглашения.
— Доброе утро, Антонина Павловна, — сдержанно произнесла Вера, накидывая халат и выходя в коридор.
— Ах, невестушка, — свекровь осмотрела её взглядом, полным недовольства. — Опять спишь? Кто тебе завтрак будет готовить?
— Я собиралась позавтракать йогуртом…
— Йогуртом? — Антонина Павловна фыркнула, словно это было нечто недостойное. — В наше время нормальные жены готовили, а ты даже не стараешься. И что, так, ради меня?
Вера стиснула зубы. Молчала. Ещё год назад она думала, что это временное недоразумение. Но время шло, а свекровь оставалась неизменной.
— Может, чаю? — предложила Вера, стараясь оставаться вежливой.
— Чаю? — Антонина Павловна с размахом зашла на кухню, распахивая шкафчики, как у себя дома. — А котлеток нет? Или хотя бы яичницу? Как так, а?
— Нет, — твердо ответила Вера. — Я не планировала готовить сегодня.
— Вот поэтому Алешенька такой худой! — свекровь покачала головой, закатив глаза. — Совсем не заботишься о муже.
Вера молча поставила чашки на стол. Она научилась не отвечать. За год такие разговоры стали частью её жизни. И каждый раз её терпение словно поджималось, но она держалась.
— Кстати, — Антонина Павловна села за стол, — мне нужны деньги.
Вера замерла с чайником в руках:
— Опять?
— Что значит «опять»? — свекровь нахмурилась, как будто она была обижена. — Я что, не имею права попросить помощи у родных?
— Антонина Павловна, вы просили деньги и на прошлой неделе, и позапрошлой, и месяц назад…
— И что? — свекровь повысила голос. — Я, между прочим, пенсионерка! А цены растут! Куда я денусь?
Вера поставила чайник на стол, пытаясь сохранять спокойствие:
— Мы с Алексеем тоже не миллионеры. У нас ипотека, кредит за машину…
— А я, значит, должна в нищете жить? — картинно всплеснула руками Антонина Павловна. — Пока вы тут, значит, шикуете!
— Мы не шикуем, — Вера всё ещё пыталась говорить спокойно. — Мы работаем. И деньги свои планируем.
— Ах, планируете! — Антонина Павловна усмехнулась. — А вот мать мужа в ваши планы не входит? Я, между прочим, Алешеньку одна вырастила! А ты вот так сидишь… Не понимаешь, какой ценой мне всё это далось!
— Это прекрасно, — Вера налила чай, стараясь не выдать волнения. — Но это не значит, что теперь мы обязаны вас содержать.
Антонина Павловна отодвинула чашку, словно отстранённо:
— Значит, так? Я для вас теперь обуза?
— Я этого не говорила.
