— Мне? — Кирилл развел руками. — Я предлагаю вложить эти деньги в нашу общую квартиру! Не себе в карман их кладу!
— А если мы разведемся? Что тогда?
Вопрос висел в воздухе. Кирилл застыл, будто только сейчас начал по-настоящему её слушать.
— Вот о чём ты думаешь, — медленно произнес он. — О разводе. Уже прикидываешь, как бы сохранить свои денежки. Ты меркантильная, раз не хочешь делиться наследством с семьей.
— Я думаю о том, что не могу тебе доверять, — тихо сказала Алла. — Особенно после сегодняшнего разговора.
Кирилл покачал головой, направился в спальню и через несколько минут вернулся с дорожной сумкой.
— Я переночую у мамы, — сказал он, не глядя на Аллу. — Мне нужно всё обдумать.
Когда за ним закрылась дверь, Алла опустилась на диван. Больно, но удивительно легко. Как будто она наконец-то сбросила с плеч тяжёлый груз.
Три дня Кирилл не появлялся дома и не звонил. Алла не искала с ним контакта — ей нужно было время, чтобы все обдумать. В понедельник она вышла на работу, стараясь сосредоточиться на цифрах и отчётах, но мысли всё равно возвращались к тому разговору.
Когда она вернулась вечером домой, на пороге её ждала Наталья Викторовна.
— Нам нужно поговорить, — заявила свекровь, проходя в квартиру, как будто это её собственный дом. — Кирилл совсем извелся.
Алла молча закрыла дверь и пошла в кухню. Наталья Викторовна, не запрашивая, двигалась следом, привычно занимая командную позицию.
— Я понимаю, что вы сейчас переживаете не лучшие времена, — начала она, как всегда, с высокомерным тоном. — Но все пары ссорятся. Это нормально.
— Это не обычная ссора, — спокойно ответила Алла.
— Конечно, не обычная! — взмахнула рукой Наталья Викторовна. — Тебе досталось наследство, а ты отказываешься им делиться с мужем. Это… неправильно.
— По закону я не обязана делиться наследством.
— Закон! — фыркнула свекровь. — Между близкими людьми не должно быть таких разговоров. Вы семья!
Алла посмотрела на женщину, которая три года пыталась управлять её жизнью, и вдруг поняла: она больше не боится её.
— Я не отказываюсь делиться с Кириллом, — сказала она твёрдо. — Я отказываюсь продавать дом, который многое для меня значит, чтобы удовлетворить ваши желания.
— Мои желания? — Наталья Викторовна воссоздала на лице выражение глубокого удивления. — Я только хочу, чтобы у вас была своя квартира. Что в этом плохого?
— То, что решение должна принимать я, — ответила Алла. — Не вы и даже не Кирилл. Это моё наследство, и моё право.
Наталья Викторовна поджала губы, но быстро сменила тактику:
— Послушай, Алла, никто не покушается на твои права. Но подумай о Кирилле. Он так мечтал о своем жилье! А теперь, когда возможность появилась, ты из какого-то упрямства…
— Это не упрямство, — перебила её Алла. — Я больше не доверяю Кириллу. И вам тоже.
На кухне повисла тяжёлая тишина.
— Что ж, — наконец произнесла Наталья Викторовна. — Я вижу, с тобой бесполезно говорить. Ты стала совсем другой. Меркантильной и холодной.
