Ксения вернулась с работы, и сразу поняла, что дома что-то не так. В коридоре стоял новый диван, явно не его место, а в кухне как будто всё не своё. Шторы были сменены, и на полках стояли кастрюли, которых она не помнила.
— Нравится? — радостно спросила Ольга Михайловна, пододвигая стул и усаживаясь в кресло, как будто её всё устраивало. — Это я вам подарок сделала. А то у вас тут какой-то бардак был.
— Ольга Михайловна, вы бы хоть спросили… — Ксения попыталась не вдаваться в подробности. Мозг отказывался воспринимать происходящее. Это что, помощь или очередной контроль?
— Чего спрашивать? Я же как лучше хочу. — Ольга Михайловна пожала плечами, а затем понизила голос, словно готовясь к самому важному. — Надо бы поговорить о финансах.
— О чем? — насторожилась Ксения, пытаясь скрыть свою раздражённость.
— Ну как же! Ты целыми днями на работе, устаешь. Давай Паша возьмет на себя бюджет? Будет сам коммуналку оплачивать, продукты покупать.
— На какие деньги? — усмехнулась Ксения, не веря своим ушам.
— На твои, конечно! Будешь отдавать зарплату мужу, он распределит. — Свекровь, казалось, не замечала её недовольства.
Ксения едва удержалась, чтобы не разразиться гневом, но в этот момент раздался плач Маши. На некоторое время разговор прервался.
Ночью, лежа в темноте, Ксения не могла избавиться от странных мыслей. Зачем Ольга Михайловна лезет в их жизнь, в их финансы? Почему Павел поддерживает её? Как так вышло, что она, работая, в одиночку обеспечивая семью, всё больше становилась лишним звеном в её собственном доме?
На следующее утро, едва Ксения закончила утреннюю суету, свекровь вновь заявилась — с бумагами.
— Вот, я тут почитала про материнский капитал, — начала Ольга Михайловна, словно не было вчерашнего разговора. — Можно квартиру расширить. Продадим эту, добавим капитал…
— Нет, — ответила Ксения, сразу же понимая, что её квартира — не тема для обсуждения. Это было пределом.
— Знаешь что, — свекровь поджала губы, обостряя ситуацию. — Пора серьезно поговорить о финансах. Паша — глава семьи. Он должен распоряжаться деньгами.
— И как он будет ими распоряжаться? — с сарказмом ответила Ксения, — На свои заработки?
— Очень просто — будешь отдавать ему зарплату, — спокойно, почти уверенно, сказала Ольга Михайловна. — Он решит, сколько на что тратить. И на детей, и на квартиру. Я помогу все правильно распределить.
— Мама права, — подал голос Павел, словно без всякой связи с реальностью. — Я лучше знаю, что нужно семье.
— Правда? — Ксения скрестила руки на груди, её голос стал резким. — А кто платит за садик? За секцию Вовы? За игрушки и одежду?
— Вот об этом и речь! — вмешалась свекровь, стремясь взять инициативу в свои руки. — Ты неправильно тратишь семейные деньги. Зачем детям частный садик? Я могла бы сидеть с ними. За определенную плату, конечно.
— За плату? — Ксения не верила своим ушам.
— Разумеется! Я время трачу, силы. Должна получать компенсацию. — Ольга Михайловна тут же вытащила из сумки исписанный лист. Вот, я список составила…
