Ирина Петровна замерла, её взгляд стал чуть менее уверенным. Рита, сидевшая рядом, перестала чавкать конфетами и насторожилась. Видимо, она не ожидала, что я решусь на такой шаг.
— Что ты имеешь в виду? — спросила начальница, уже не так резко.
— Я имею в виду, что за эти годы я не просто работала. Я создала систему, которая держит отдел на плаву. Все ключевые клиенты, все проекты — они завязаны на мне. Если я уйду, они уйдут за мной. И вы останетесь с Ритой, которая даже не знает, как правильно заполнить отчёт. Вы готовы к этому?
Рита вскочила с места, её лицо покраснело от злости.
— Ты что, угрожаешь? — выкрикнула она, но я её даже не удостоила взглядом.
— Это не угроза, Ирина Петровна. Это факт. Я не хочу уходить, но если вы выберете Риту вместо профессионализма, то это ваш выбор. Только подумайте, что скажут клиенты, когда узнают, что их проекты теперь в руках человека, который даже не может отличить чертёж от эскиза.
Ирина Петровна задумалась. Я видела, как её уверенность начала таять. Рита, поняв, что ситуация выходит из-под контроля, начала что-то бормотать, но начальница резко её оборвала.
— Рита, выйди из кабинета. Мне нужно поговорить с Ларисой наедине.
Рита, скрипя зубами, вышла, бросив на меня злобный взгляд. Как только дверь закрылась, Ирина Петровна вздохнула.
— Лариса, я понимаю, что ты расстроена. Но Рита — моя племянница. Я не могу просто так её выгнать.
— Я не прошу вас её выгонять, — ответила я. — Я прошу вас дать ей понять, что она не может вести себя так, как ведёт. Она разрушает коллектив, подрывает работу. Если вы хотите, чтобы она осталась, пусть учится и работает, как все. А не сидит на шее у компании.
Ирина Петровна молчала несколько секунд, затем кивнула.
— Хорошо. Я поговорю с ней. Но, Лариса, если ты хоть раз ещё пожалуешься на неё, я не смогу тебя защитить. Ты понимаешь?
— Понимаю, — ответила я, хотя внутри всё ещё кипело. Но я знала, что это только начало. Рита не изменится за один день, но теперь у меня есть шанс бороться.
Когда я вышла из кабинета, Рита стояла в коридоре, её лицо было искажено злостью.
— Ты думаешь, что победила? — прошипела она. — Ты ещё пожалеешь.
Я посмотрела на неё спокойно.
— Рита, я не хочу с тобой враждовать. Но если ты не изменишься, то проиграешь не только ты, но и тётя. Подумай об этом.
С этими словами я прошла мимо, оставив её в полном смятении. Я знала, что борьба ещё не окончена, но теперь у меня была надежда. Надежда на то, что справедливость всё же восторжествует.
Конец.
