— Я действительно жил с истцом и её дочерью, — сказал он ровно. — Но никогда не усыновлял ребёнка.
Судья взглянул в бумаги.
— Официального усыновления нет.
Адвокат Веры кашлянул.
— Однако на протяжении двух лет ответчик фактически выполнял роль отца. В девочке он воспитал привязанность, принимал участие в её жизни. Это можно расценивать как негласное признание отцовства.
— Значит, теперь я отец по умолчанию? — скептически поднял брови Игорь.
— Нет, но…
— Простите, — вдруг подала голос Вера. — Я хотела бы добавить кое-что.
Судья кивнул.
— Прошу вас.
Она повернулась к Игорю.
— Ты действительно заботился о ней.
— Да, Вера, но я не её отец.
Она стиснула пальцы.
— Это не имеет значения для неё.
— Но имеет для меня.
На секунду повисла тишина.
— Я не хотел, чтобы так вышло, — продолжил он. — Но если твой бывший муж решит вернуться и сказать, что хочет быть в жизни дочери, ты будешь тянуть с него алименты?
— Он не появится.
— А если появится?
Она отвела взгляд.
Судья постучал карандашом по столу.
— Суд не рассматривает эмоциональную привязанность как основание для алиментных обязательств. Ответчик не является законным отцом девочки, иск отклонён.
Вера закрыла глаза.
А Игорь просто встал, взял папку с документами и направился к выходу.
Она больше не пыталась его остановить.
