Дорога была долгой. Алена смотрела в окно, наблюдая, как за стеклом мелькают поля и небольшие деревни, пока Максим вел машину, уверенно держась за руль. Весь этот путь она думала о том, зачем согласилась на эту поездку.
— Давай без напряжения, ладно? — сказал Максим, не отрывая взгляда от дороги.
Алена не ответила. Напряжение уже поселилось в ней, стоило только представить, как они переступят порог дома его матери.
Свекровь Тамара Павловна звонила еще две недели назад, приглашая их в гости. И хотя приглашение звучало дружелюбно, Алена знала, что ничего хорошего из этого не выйдет. Каждый их визит превращался в испытание: бесконечные замечания, наставления и снисходительные взгляды.
— Нам бы день просто пережить, — пробормотала она, больше себе, чем мужу.
— Мама просто хочет нас видеть, — пожал плечами Максим. — Она всегда такая. Ты же знаешь.
Знала. Именно поэтому она не хотела ехать. Но отказ был бы воспринят как личное оскорбление.
Когда они свернули на грунтовую дорогу, ведущую к дому Тамары Павловны, у Алены внутри всё сжалось. Двухэтажный кирпичный дом выглядел добротным, ухоженным — таким же, каким она его помнила. Только вот уютным это место никогда не казалось.
На крыльце их уже ждала свекровь. Скрестив руки на груди, она осматривала машину, а когда увидела Алену, её губы сложились в тонкую линию.
— Приехали, наконец! — сказала она, когда они вышли из машины. — Ну, давайте, проходите.
Обняла сына, похлопала по спине. Алене только кивнула.
— Дорога, небось, утомила, Максимка? — заботливо спросила свекровь, и не дождавшись ответа, тут же добавила: — Иди, раздевайся, ноги пусть отдыхают. Алена, помоги-ка мне на кухне.
Это не было просьбой.
Алена стиснула зубы. Конечно. Даже чашки чая не предложила сначала.
Она бросила взгляд на Максима, но тот уже успел пройти в дом, скидывая куртку.
В кухне пахло куриным бульоном и свежим хлебом. Тамара Павловна сразу принялась раздавать команды:
— Достань миски, ложки, хлеб нарежь, а я пока мясо порежу.
Алена молча открыла шкафчик.
— Ты же умеешь нормально тушить мясо? — уточнила свекровь, будто невзначай.
— Умею, — коротко ответила Алена.
— Ну, я так и думала. Просто сейчас молодёжь торопится, не дотушивают, не доваривают… А Максим у нас любит, чтоб всё как следует.
Алена проигнорировала намек. Она уже давно поняла, что угодить Тамаре Павловне невозможно.
Вскоре за столом собрались все: свёкр, Максим, свекровь и она. Мужчинам накладывали первыми, и Тамара Павловна внимательно следила, чтобы порция сына была идеальной.
— Ты ж худеть не вздумал, Максим? — с тревогой спросила она.
— Нет, мам, ем, как обычно.
— А то на работе небось загоняют вас, не кормят. Хорошо, что ты к нам приехал, хоть поешь нормально.
Алена выдохнула и сделала вид, что не слышит.
Обед прошел в разговорах о том, как «раньше люди жили проще», как «женщины всё успевали» и как «сейчас молодёжь только жалуется».
Когда они поели, Тамара Павловна театрально вытерла руки полотенцем и встала.
