— Поскольку ты сама во всём виновата, я требую, чтобы ты всё осознала, попросила прощения и, может быть, я тебя прощу, — сказал Максим и посмотрел на сына.
Серафим многозначительно закрыл и открыл глаза, показывая тем самым, что всё идёт, как надо. Ободрённый этим, Максим продолжил.
— Какое право ты имела вот так неожиданно, без предупреждения приезжать на дачу, Ксения? — спросил Максим. — Неужели ты не понимаешь, что так нельзя, что это вмешательство в мою личную жизнь? Неужели не понимала?
Ксения понимающе кивнула головой и посмотрела на сына.
— Ты, сынок, наверное, полностью согласен со своим папой? Да? — спросила она.
— Видишь ли в чём дело, мама, — ответил Серафим, — взаимопонимание и гармония в семье — это обязательная забота каждого члена семьи.
Серафим говорил минут пятнадцать о том, что такое счастливая семья и каким именно он видит счастливое будущее своё и своих родителей.
— Короче, — сказала Ксения, когда Серафим завершил своё выступление. — Ты согласен с отцом? Да?
— Да! — восторженно признался Серафим. — Более того. Я считаю, что отец прав, а ты, мама, не права. Потому что заставляешь его оправдываться. Зная его слабохарактерность. А я всегда на стороне слабых. Вы сами меня этому учили. И я не позволю тебе выкинуть папу из своей жизни, как ненужную вещь. Не позволю!
После этого слово снова взял Максим. Он поблагодарил сына за поддержку и в течение десяти минут сообщил Ксении всё о своей святости и стремлении прощать людям их ошибки. А в завершение он сообщил Ксении, что и прощает её, и нисколько не сердится за её некрасивый поступок.
— Теперь, мама, — сказал Серафим, — когда всё сказано, мы с папой хотели бы услышать, что скажешь ты в своё оправдание. Ты ведь понимаешь, что выгнать папу тебе не удастся. Я этого не позволю. Как не позволил бы выгнать и тебя, если бы и с тобой такое случилось, мама, и ты бы споткнулась на жизненном пути.
— Спасибо, сынок, — сказала Ксения. — Ты — добрый мальчик.
— Дело — не в доброте, а в том, что эта квартира принадлежит вам обоим. Отсюда и все вытекающие последствия. Так что, мама, лучше смирись. Прими жизнь такой, какая она есть. Со всеми её радостями и печалями. И помни, что без отца мне жизнь не мила. Я просто не могу без него жить. Где он, там и я.
— Спасибо, сынок, — сказал Максим.
— Я тебя поняла, Серафим, — сказала Ксения. — И я согласна принять жизнь такой, какая она есть. И поэтому я, конечно же, не стану выгонять твоего папу из его дома. Поскольку прав таких не имею.
— Ты умница, Ксения, — поспешил сказать Максим, — я всегда знал, что здравомыслие не покидает тебя даже в такие психологически трудные минуты.
— Да, — согласилась Ксения. — Здравомыслие всегда со мной.— И поэтому я ухожу сама.
— Как уходишь? — в один голос воскликнули отец и сын. Этого они не ожидали.
— Мы разводимся с тобой, Максим, — ответила Ксения. — Эту квартиру мы продаём. Деньги делим поровну на троих. А дальше, ребята, каждый живёт, как может.
