— А что это у вас сейчас здесь происходило? — поинтересовался Лёва, спокойно подходя к столу и усаживаясь на стул. — Вы тут, я слушал, разговаривали? Так громко? Мама, я очень прошу тебя вернуться, — крикнул Лёва. — Папа, ты тоже, пожалуйста, зайди на кухню.
Зинаида и Сергей молча встали в дверях кухни, боясь пройти дальше.
— Не надо стоять в дверях, — сказал Лёва. — Что за привычка? Садитесь за стол. Бабушка не кусается. Ты не кусаешься, бабушка?
Серафима Львовна испуганно замотала головой, всем своим видом показывая, что она не кусается.
Когда все сели за стол, Лёва выдержал небольшую паузу, в течение которой он с интересом рассматривал всех своих родных и понимающе кивал головой.
— До сих пор я думал, — произнёс Лёва, — что такое только в страшном кино бывает.
— В каком кино, сынок? — тихо и испуганно спросила Зинаида.
— В фильмах, мама, — весело ответил Лёва и подмигнул бабушке, — в грустных мелодрамах с плохими финалами. В таких фильмах, как правило, матери-эгоистки выращивают из своих дочерей для себя бессловесную покорную прислугу и козу отпущения в одном флаконе. А самое грустное, что вырастив из дочери бессловесную прислугу, матери начинают упрекать их в том, в чём сами виноваты. Такое забавное кино. Никогда не думал, что такое может быть в реальности. Мне и в голову не могло прийти, что это всё — не сказки. И что это не выдумки писателей-фантастов и сценаристов с неуёмной фантазией. Я и подумать не мог, что всё это происходит на самом деле. И не где-то, а в моей семье. Это, конечно… более чем. Слов нет.
— Видишь ли, Лёва, — сказала Серафима Львовна, бросая тревожные взгляды на дочь и зятя. — В жизни взрослых людей бывают такие периоды, когда…
— Когда некоторые сходят с ума, — перебил Лёва. — Понимаю, бабушка.
— Ты всё не так понял, Лёва… — начала было оправдываться Серафима Львовна, но Лёва её не слушал.
— И давно у нас в семье такое происходит? — спросил Лёва, посмотрев сначала на маму, а затем на папу.
Зинаида опустила глаза.
— Лет шесть уже, — тихо сказал Сергей. — Сразу, как ты пошёл в детский сад, так и началось.
— Но ты не подумай, сынок, что мы не берегли твои нервы, — сказала Зинаида. — В твоём присутствии мы никогда… Бабушка тебя любит и она сходила с ума… то есть… я хотела сказать, она ругала нас, только когда тебя не было дома. Это вот сегодня… — Зинаида испуганно посмотрела на мать, — она чего-то вдруг не усмотрела, что ты дома.
— Ну, допустим, — сухо произнёс Лёва. — Вы не знали, что я дома и… Но где гарантия, что в будущем вы снова не допустите подобной ошибки и… А вдруг вы опять позволите себе подобное в моём присутствии? Где гарантии, я вас спрашиваю, что завтра моя детская психика снова не будет травмирована безумством бабушки?
— Сын! — уверенно и твёрдо сказал Сергей. — Я тебе обещаю, что больше никогда в твоём присутствии подобного не повторится.
— Обещаешь? — серьёзно спросил Лёва.
— Я клянусь тебе, что в твоём присутствии… никогда! — сказал Сергей.
