И понял он это только тогда, когда вышел из такси, поднялся на нужный этаж и позвонил в квартиру Серафимы. — Тебе чего? — испуганно спросила Серафима, когда приоткрыла дверь, оставляя её на цепочке. — Ночь на дворе? Ты чего припёрся-то? Николай хоть и растерялся от такого приёма, но взял себя в руки и, как мог, объяснил ситуацию. — Я понял, что люблю только тебя, — сказал он в заключение, — тебя одну, Серафима. И мне больше никто не нужен. И если ты так хочешь, то мы можем подумать и о ребёнке. Не сейчас, конечно, но со временем, когда-нибудь, почему нет. — Да ну тебя, к лешему, — ответила Серафима, — какой ещё ребёнок? О чём ты? — Я о том, что домой вернулся, Серафима. Пусти меня. — Нет. Не пущу. И не уговаривай. — Как же так? — А так, — ответила Серафима. — С какой стати мне тебя пускать? Если за эти три дня, пока тебя не было, я поняла, как мне хорошо без тебя. — Хорошо без меня? — не понял Николай. — Да разве тебе может быть без меня хорошо, Серафима? — Как выяснилось, может. И даже очень. — А как же наши дети? — Какие наши дети? — Которых ты хотела от меня? — Да ну тебя, Николай. Какие ты страшные вещи говоришь. — Я говорю? Это ты говорила. Забыла уже? — Мало ли что я говорила. Я говорила это, когда любила тебя. А теперь… Извини. Дети от тебя? Разве что в кошмарном сне. — Не хочешь ли ты сказать, что разлюбила меня? Серафима задумалась. — Можно и так сказать, — уверенно ответила она, немного подумав. На лице Николая появилась язвительная улыбка. — Что я слышу? — с сарказмом произнёс он. — Женщина, которая клялась мне в вечной любви, хотела от меня детей, разлюбила меня за каких-то три дня! Серафима опять задумалась. — Честно говоря, Николай, — сказала она, — я разлюбила тебя быстрее. — Как быстрее? — удивлённо произнёс Николай. — Уже на следующий день, — продолжала Серафима. — Проснувшись и не увидев тебя рядом с собой, я вдруг поняла, что не люблю тебя. — Как же это? — А вот так. И вообще. Я взглянула на свою жизнь и ужаснулась. Не понимаю, как до сих пор терпела тебя рядом с собой. Наваждение какое-то. Обстирывала тебя, готовила тебе, убирала мусор за тобой, выслушивала целыми днями твои жалобные песни. — Эти жалобные песни ещё мой дедушка пел! — воскликнул Николай. — У костра! — Вот именно, — продолжала Серафима, — и я их вынуждена была слушать. А ещё о гантели твои треклятые постоянно спотыкалась. Носки твои грязные из-под кровати и кресел вытаскивала. И вот когда я вдруг осознала, что тебя больше никогда со мной не будет, я так обрадовалась, так обрадовалась. Ты даже себе не представляешь! — Обрадовалась? Чему? — Оказывается, Николай, что от тебя было больше неудобств, чем радости. И поняла я это, только когда ты ушёл. — Но я вот он! Здесь! Неужели ты не видишь? Это я! Тот, кого ты любишь больше жизни. Серафима снова задумалась. — Ты знаешь, Николай, — ответила она после небольшой паузы, — мы вчера, если честно, слишком весело провели время. Голова совсем не соображает. И поэтому я плохо понимаю, что ты говоришь. Может, ты придёшь в какой-нибудь другой день? А? Например, через неделю. А ещё лучше, через месяц. Но Николай не слышал последние слова Серафимы насчёт недели и месяца. Вчерашнее весёлое времяпровождение жены вдруг как-то сразу захватило всё его внимание. — Весело провели время? — переспросил он. — Как это понимать, Серафима? Ты ведь… Замужняя женщина. Ещё недавно клявшаяся мне вечной любви. И говорившая, что хочет от меня ребёнка… У меня это просто не укладывается в голове, Серафима. Объясни. Я требую. Серафима закрыла глаза, покачала головой и тяжело вздохнула. — Ну, вчера, — начала объяснять Серафима, — когда я обрадовалась, что тебя больше не будет в моей жизни, я сразу позвонила своим подругам. — Каким подругам? У тебя ведь нет подруг, Серафима? — Есть. Но ты о них забыл, потому что сразу поставил мне условие, чтобы после свадьбы никаких моих подруг в нашем доме не было. Вот их и не было. Забыл? — Ах, эти подруги, — вспомнил Николай. — Честно говоря, да, забыл. — А я была так счастлива, что сразу им позвонила! — Но зачем? — Счастьем своим поделиться с ними. Зачем же ещё. И поэтому весь вчерашний день мы отмечали наше с тобой расставание. — Подожди, я не понимаю. Ты хочешь сказать, что вчера весь день ты со своими подругами в нашей квартире веселилась? — спросил Николай. — Я правильно понимаю? — Ну да. Только не в нашей квартире, а в моей. Веселились. Повод-то какой. Свобода и счастье. Конечно, веселились. — И мужчины с вами были? Серафима задумалась. — Мужчины? — переспросила она. — Кажется, были. Ты знаешь, если честно, я не очень хорошо помню, что вчера было. Мы с подружками немного того. — Чего того? — Перебрали. Помню только, что было очень весело, а вот насчёт подробностей. По-моему, подруги привезли с собой каких-то мужчин. Но кто они? Понятия не имею. А это для тебя сейчас так важно? Да? — И между вами что-то было? — спросил Николай. — Между кем и кем? — не поняла Серафима. — Не прикидывайся! — закричал Николай. — Ты прекрасно понимаешь, о ком я говорю. Из соседней квартиры выглянули, напомнили, что уже ночь на дворе и попросили говорить потише. Серафима и Николай извинились и продолжили разговор. — Итак, — шепотом сказал Николай. — Я повторяю свой вопрос. Между вами что-то было? — Когда? — шепотом спросила Серафима. — Когда меня здесь не было, чёрт возьми, — злобно прошептал в ответ Николай. «Господи, — подумала Серафима, — я уже и забыла, какой он нервный. Не надо с ним спорить. Надо просто соглашаться. А то, чего доброго, с ним что-то случится, и придётся дверь открывать». — Было, — уверенным шепотом ответила Серафима. — Я правильно понимаю, Серафима, — продолжил шептать Николай, — между Вами было всё? Только не лги мне. — Правильно, — шептала в ответ Серафима. — Вот всё, как понимаешь, так и было. Честно. Николай хотел было уже развернуться и уйти, но вспомнил, что идти ему некуда и, что он ещё пока её муж. — Я тебя прощаю, Серафима, — произнёс он. — За что? — не поняла Серафима. — За всё, что ты сделала в эти три дня. — Спасибо, — ответила Серафима. — Я тебя тоже прощаю. И не только за эти три дня, а вообще за всё. А теперь я пошла. — Как пошла? Куда? — Спать. — А я? — И ты тоже иди. Спать. — Куда? — Куда хочешь. Ночь уже. После договорим. Серафима закрыла дверь.
Также читают
