— Проходи, проходи, — взволнованно произнесла Анна. — Конечно. Господи. Что жизнь с людьми-то делает?!
В это время в прихожую вышли дети. Старшему было лет одиннадцать. Рядом с ним были младшие: братишка девяти лет и сестрёнка, которая родилась вскоре после ухода Руслана.
— Это кто? — спросил старший.
— Папка ваш, — ответила Анна. — Неужто не признал?
За эти пять лет дети ни разу не видели своего отца. А тут перед ними стоял какой-то дед на костылях, про которого мама говорит, что он их папа. А тот образ отца, который сохранился в памяти старшего, слишком не соответствовал тому, что было сейчас перед его глазами.
— Вот, значит, какой он стал, — задумчиво произнёс старший брат.
Сестрёнка испуганно обхватила ногу старшего брата.
— Не бойтесь, — шёпотом сказал старший брат и взял младшего брата за руку. — Я вас в обиду не дам.
Руслан улыбался детям, но лучше бы он этого не делал, ввиду отсутствия передних зубов.
Младшие дети спрятались за спину старшего.
— Вот увидите, дети, мы с вами подружимся, — слабым голосом произнёс Руслан. — Мне бы только силы немного восстановить, а там… А родные стены, говорят, лечат. — Руслан хотел сказать это весело, но получилось наоборот. Очень грустно.
Напуганные, ни слова не сказав, дети ушли в свою комнату.
— Не признали папку! — шёпотом произнёс Руслан. — Ничего. Привыкнут. Мне куда пройти, Аннушка?
— Проходи на кухню, — ответила Анна, — поешь чего-нибудь.
— Попить бы чего, — жалобно попросил Руслан.
— Если только чаю, — сказала Анна, — другого ничего в доме нет.
— Ну чаю так чаю, — грустно ответил Руслан, хотел улыбнуться, но передумал.
Руслан пил чай и рассказывал о своей тяжёлой жизни. Говорил он с большим трудом. Отсутствие передних зубов мешало внятному произношению, и Анне приходилось по многу раз его переспрашивать.
Но из его рассказа она поняла, что жизнь его с Маргаритой Михайловной не сложилась. Детей у них не было. О том, что она ждёт ребёнка, Маргарита тогда соврала. Да и с работой у Руслана было всё очень плохо. А старый дом в деревне, где Руслан провёл своё детство и юность, сгорел.
Михаила Ивановича, начальника Руслана, уволили за какие-то тёмные дела, которые он проворачивал за спиной руководства, а следом за ним выгнали с работы и Руслана. А недавно он переходил дорогу в неположенном месте, ну вот теперь и ходит на костылях.
— Маргарита целыми днями где-то пропадает, — сказал он. — Дома часто не ночует. А вчера она сказала, что больше не любит меня, и сегодня выгнала из дома. Идти мне некуда, Аня. У меня теперь вообще ничего нет. Ни работы, ни дома, ни семьи. Вот я и пришёл к тебе. Пустишь?
— Нет, конечно, — спокойно ответила Анна. — Какой там пустишь. Зачем ты мне сейчас в таком виде? Ну сам посуди. Ты же вон… Еле ходишь. За тобой, наверное, постоянный уход требуется. Я — на работе целыми днями, а дети — в школе и в садике. За тобой ходить некому. Да и страшный ты какой-то стал, Руслан. Тебе не сюда надо. Здесь тебе делать нечего.
