— Я не могу больше жить, зная, что ты не готов защищать нашу семью. Я не хочу конфликтовать с твоей матерью, но, Олег, если ты не готов поставить её на место, это придётся сделать мне. Я сразу была не в восторге от идеи привезти дочь к ней. каждый раз это заканчивается скандалом. Я лучше няню найду на время наших деловых встреч или буду сидеть дома. Вот я не готова жертвовать семьей ради работы. А ты?
— Я понимаю, — Олег провёл рукой по лицу. — Просто она одна. Ей сложно. И я… я не знаю, как правильно.
— Правильно — это быть вместе со мной, а не с ней, — Анна встала, опираясь на стол. — Ты должен решить, чего ты хочешь: сохранить наши отношения или продолжать позволять ей вмешиваться.
Олег ничего не ответил. Его молчание заполнило комнату, словно громкий укор.
—
На утро Анна сидела на кухне, обнимая кружку чая. Её телефон мигал новым сообщением от Людмилы Павловны: «Ты слишком переживаешь, девочка. Мы ведь одна семья». Анна выдохнула и, не отвечая, убрала телефон в сторону.
На кухню вошёл Олег, потирая шею.
— Я говорил с мамой, — начал он, садясь за стол. — Она, кажется, понимает. Сказала, что, возможно, стоило спросить.
Анна хмыкнула, её взгляд был полон недоверия.
— «Возможно»? Ты серьёзно? Олег, она никогда не признает, что была неправа.
— Ну, а что ты хочешь? — раздражённо ответил он. — Чтобы я совсем перестал с ней общаться? Она моя мать!
Анна молчала, чувствуя, как её терпение лопается. Но слова за неё сказал стук в дверь.
— Кто это? — удивился Олег, поднимаясь.
На пороге стояла Людмила Павловна. В руках она держала пакет.
— Привет, дети. Анна, это тебе, — её голос звучал непривычно спокойно.
Анна замерла, глядя, как свекровь протягивает пакет.
— Я принесла комбинезон для Саши. Соседка отдала — он почти новый, ребёнок из него быстро вырос. Подумала, что вам пригодится.
Анна молча взяла пакет. Внутри был комбинезон, яркий и почти в идеальном состоянии. Она посмотрела на свекровь, пытаясь понять, что та задумала.
— Спасибо, но дело не в этом, — холодно сказала она, возвращая пакет. — Нам не нужен другой комбинезон. Нам нужно, чтобы вы уважали наши решения.
— Я ведь хотела как лучше, — свекровь пожала плечами. — Неужели это так важно?
— Да, важно, — твёрдо сказала Анна. — Потому что это касается не только вещей, но и наших границ.
Олег вздохнул и встал между ними.
— Мам, — его голос был неожиданно твёрдым. — Это правда важно. Ты должна понять, что это наша семья. Наши правила.
Людмила Павловна замерла, не ожидая такого тона от сына. Несколько секунд она стояла, будто пытаясь понять, что сказать, а затем выдавила:
— Ну хорошо. Как хотите. Но я просто хотела помочь.
Она повернулась и ушла, оставив пакет на тумбочке.
Анна стояла, не зная, что сказать. Она взглянула на мужа. В его глазах мелькало что-то новое — решительность.
— Ты… — начала она, но он перебил её:
— Ты была права. Это нужно было сделать.
Анна подошла ближе и обняла его. Это было не просто облегчение — это было начало перемен.
—
