В какой-то момент боль стала настолько острой, что превратилась в оцепенение. Алёна закрыла ноутбук и сидела в тишине, пока за окном не стемнело.
— Бедная машина, третий раз за месяц чистишь, — Олег вернулся из «командировки» в приподнятом настроении. — Ты не заболела? Выглядишь бледной.
— Всё в порядке, — ответила Алёна, продолжая протирать пыль с полок в гостиной. — Как прошла поездка?
— Продуктивно. Подписали контракт, — он достал из сумки коробочку. — Смотри, что я тебе привёз. Казанский сувенир.
Алёна взяла коробочку и открыла её. Внутри лежал браслет с национальным орнаментом.
— Спасибо, — сказала она, чувствуя, как к горлу подступает тошнота от его лжи. — Очень красивый.
— Ты точно в порядке? — Олег внимательно посмотрел на неё.
— Абсолютно, — она улыбнулась самой убедительной улыбкой. — Просто устала немного. Кстати, я тут подумала… Может, нам квартиру сдавать начать? Ту, что в центре. Дополнительный доход не помешает.
Лицо Олега изменилось.
— Зачем? У нас достаточно денег. И там мама иногда останавливается, когда приезжает.
— Твоя мама была у нас последний раз два года назад, — спокойно возразила Алёна. — А квартира простаивает. Это же деньги на ветер. И потом, я смотрела выписки по карте… У нас отток средств в последние годы. Думаю, дополнительный доход не помешает.
Олег напрягся.
— Ты следишь за моими расходами?
— Не слежу, а интересуюсь нашим общим бюджетом, — Алёна смотрела ему прямо в глаза. — Разве это неправильно — жене знать, куда уходят семейные деньги?
— Ты никогда раньше этим не интересовалась, — он отвёл взгляд. — К чему это вдруг?
Алёна достала из кармана серёжку с аквамарином и положила на стол между ними.
— К этому.
Олег замер, глядя на украшение. Его лицо стало каменным.
— Я уже объяснял…
— Не надо, — тихо прервала его Алёна. — Я всё знаю. Про Екатерину. Про ребёнка. Про квартиру, которую ты оплачиваешь. Про два миллиона, которые ты перевёл им за два года.
Наступила тишина, такая глубокая, что можно было услышать, как тикают часы в коридоре. Олег медленно опустился на стул.
— Как ты узнала?
— Это важно? — Алёна горько усмехнулась. — Важнее другое. Почему ты не ушёл к ним? Зачем продолжал жить здесь, со мной, если у тебя там другая семья?
Олег провёл рукой по лицу.
— Это сложно…
— Нет, Олег. Это как раз просто, — Алёна впервые за весь разговор повысила голос. — Ты хотел и рыбку съесть, и на ёлку влезть. Молодая любовница, ребёнок — это же так будоражит кровь. А здесь — налаженный быт, стабильность, репутация примерного семьянина. Удобно, правда?
— Ты не понимаешь…
— Нет, это ты не понимаешь! — Алёна вдруг почувствовала, как её переполняет ярость. — Ты предал не только меня. Ты предал наши двадцать лет вместе. Наши планы. Нашу дочь. И ради чего? Ради женщины, которая согласилась быть любовницей женатого мужчины?
— Не смей о ней так говорить! — Олег резко встал. — Ты её не знаешь!
— А ты меня, оказывается, тоже не знаешь, — спокойно ответила Алёна. — Иначе бы не думал, что я буду молча терпеть такое унижение.
