Ответа не последовало. Тогда Маша открыла дверь, заглянула. Девушка лежала на кровати, вся в слезах, ребенок заснул у нее под боком. Маша прошла, села на краешек и спросила:
— Ну, чего у тебя случилось?
Невестка бросила на нее отчаянный взгляд.
— Мама ногу сломала.
— Батюшки мои! Как сломала, когда?
— Да откуда я знаю! — со злостью выкрикнула она, так что Илюша закряхтел во сне, забеспокоился. — Это она специально, не хочет, чтобы у меня нормальная жизнь была! Она уже столько отношений мне испоганила, нарочно, чтобы только я с ней осталась.
— Ты чего, милая! — испугалась Маша. — Да разве хочет она чего испортить!
— Хочет! Хочет, чтобы я к ней сейчас приехала ухаживать. Будет водку пить, а я у нее на побегушках, как обычно! А потом еще что-нибудь придумает, чтобы меня не отпустить. Да и вообще — как я Илюшу туда повезу? У нас там окна деревянные, заклеивать она никогда не давала, говорит, воздуха ей не хватает! Вот пила бы меньше, и всего хватало!
Решение пришло быстро, как-то само получилось.
— Давай я поеду.
Оксана даже плакать перестала.
— Как это?
— Ну, вот так. Не знаю только, как ты тут одна справишься. Надо же и печку топить, и за животными ухаживать. Так что смотри, если получится у тебя — могу я поехать.
Уже сказав эти слова, Маша поняла, что глупость сморозила — ну как эта городская белоручка одна справится? Еще и зимой? Но Оксана внезапно ответила:
— А что тут справляться. Я до десяти лет у бабушки жила в деревне, пока мать личную пыталась устраивать. Зря старалась, он её все равно бросил. А она запила и…
Оксана замолчала, поджав свои пухлые губки и всем видом демонстрируя осуждение.
Зоя согласилась и корову доить, и так помогать, чем нужно будет — одной с младенцем на руках сложно, по себе знает, так что пусть Маша будет спокойно, невестка её под присмотром будет. Оксана смешная такая, ходила за Машей с тетрадкой и ручкой, все ее указания по пунктам записывала. Особенно про цветы — у Маши все подоконники были уставлены редкими сортами, и многие вот-вот должны были расцвести. «Погубит она мои цветочки», — с грустью подумала Маша.
Сватья ей обрадовалась, правда, принялась жаловаться на бессердечную дочь, которую растила-растила, а она не может приехать за матерью больной ухаживать. Маша эти жалобы пресекла на корню, указала сватье на грязь в квартире и сквозняки.
— Ты сюда, что ли, внука нашего хочешь привезти? Это совсем не дело.
Порядок наводить Маша любила, так что через несколько дней квартира у сватьи сияла. Окна она малярным скотчем заклеила, только форточки оставила, с ними воздуха предостаточно будет. Бутылки из квартиры все вынесла, а новых покупать сватье не давала. Та, конечно, возмущалась, но Маша умела быть строгой. Обошла соседей, чтобы найти кого-нибудь ответственного, кто сможет продукты сватье покупать да в больницу водить. За деньги, конечно, кто это бесплатно будет делать.
