— В прямом. Я ведь тоже прошла через это. Была любимой сестрой, которая «обязана помогать». Отдала все свои сбережения на первый Пашин бизнес…
— Тот магазин техники?
— Да, — тётя грустно улыбнулась. — А когда отказалась дать ещё, стала врагом народа. «Бессердечная», «жадная», «предательница семьи»… Знакомые формулировки?
Маша кивнула. За последний месяц она наслушалась подобного предостаточно.
— И что вы сделали?
— Уехала в другой город. Начала всё с нуля. Знаешь, что самое забавное? Через пять лет открыла свою небольшую кондитерскую. Без «гениальных схем», без чужих денег. Просто делала то, что умею.
— А сейчас?
— А сейчас у меня сеть кофеен в трёх городах, — тётя достала из сумки визитку. — И мне как раз нужен управляющий в новую точку. Человек, который умеет считать деньги и не боится говорить «нет».
Маша удивлённо подняла глаза: — Вы предлагаете мне работу?
— Я предлагаю тебе шанс, — тётя накрыла её руку своей. — Шанс начать новую жизнь. Без вечного чувства вины, без манипуляций. Подумай.
Вечером, когда вернулся Сергей, они долго обсуждали предложение тёти Наташи.
— Переезд в другой город… — задумчиво говорил он. — Это серьёзный шаг.
— Зато подальше от… всего этого, — Маша погладила едва заметный живот.
— А как же моя работа? Мама?
— У меня есть знакомый в тамошней больнице, — раздался голос Анны Витальевны. Она как раз зашла проведать детей. — Им как раз нужен хороший хирург. А я… я ведь тоже на пенсии. Могу и переехать, если внук родится.
— Это что же получается, — раздался от двери возмущенный голос отца, — вы всей семьей решили сбежать?
Маша вздрогнула. Она не слышала, как отец вошел — видимо, дверь осталась открытой после прихода свекрови.
— Не сбежать, а начать новую жизнь, — спокойно ответила Анна Витальевна. — Без вечных долгов и манипуляций.
— Каких манипуляций? — возмутился отец. — Я просто забочусь о сыне! А вы настраиваете против меня родную дочь!
— Папа, — Маша почувствовала, как муж сжал её руку в поддержку, — а кто-нибудь когда-нибудь заботился обо мне? Когда я поступала в институт — все деньги ушли на Пашин первый бизнес. Когда мы с Сергеем женились — ты продал бабушкины украшения, которые предназначались мне, чтобы «помочь брату встать на ноги». Даже на нашей свадьбе все говорили только о его новом проекте!
— Но ты же девочка! — снова начал отец. — Тебе не нужно…
— Что не нужно? — перебила Маша. — Образование? Нормальная жизнь? Своя семья? Или, может, мне не нужен этот ребёнок, потому что он помешает спонсировать Пашины авантюры?
В кухне повисла тяжёлая тишина. Было слышно только, как тикают часы на стене — старые, бабушкины, единственное, что удалось сохранить от распроданного наследства.
— Я… я не подумал, — отец вдруг опустился на стул, ссутулился. — Всё время только Паша, Паша… А ты и правда выросла. И у тебя будет малыш…
— Да, пап. Будет. И я хочу, чтобы он рос в нормальной семье. Где его не будут использовать как банкомат.
