— Не извиняйся, — Таня неожиданно для себя рассмеялась. — Это даже забавно. Раньше она делала все, чтобы нас разлучить, а теперь пытается свести вместе.
— Ирония судьбы, — улыбнулся Олег. — Слушай, может, выйдем на воздух? Здесь слишком душно.
Они вышли на небольшую площадку перед магазином. Вечер был теплым, в воздухе пахло свежескошенной травой с соседних полей. Таня глубоко вдохнула, наслаждаясь моментом спокойствия.
— Знаешь, я часто вспоминаю наш разговор два года назад, — неожиданно произнес Олег. — Когда ты сказала, что уходишь. Я тогда не воспринял это всерьез. Думал, что ты просто разозлилась и к утру все пройдет.
— А я всю ночь собирала вещи, — тихо ответила Таня. — И плакала. Это было самое тяжелое решение в моей жизни.
— Почему ты не попыталась еще раз поговорить со мной? — спросил Олег, глядя куда-то в сторону. — Может, я бы понял…
— Я говорила. Много раз, — Таня покачала головой. — Но ты никогда не слышал. Ты всегда выбирал сторону матери, даже когда она откровенно переходила границы. Помнишь, как она приезжала к нам на работу с обедом, потому что считала, что я плохо тебя кормлю?
Олег невольно поморщился:
— Да, это было слишком.
— А помнишь, как она перечитывала наши сообщения в твоем телефоне, когда ты оставлял его на столе? И потом выговаривала мне за «неподобающие выражения в адрес мужа»?
— Я не знал об этом, — он выглядел искренне удивленным.
— Потому что я не говорила, — вздохнула Таня. — Я не хотела ставить тебя перед выбором. А потом поняла, что выбор ты уже сделал. И это была не я.
Они замолчали. В окнах магазина виднелись силуэты гостей, слышался приглушенный смех и звуки музыки.
— Я был неправ, — наконец произнес Олег. — И я потерял тебя из-за своей глупости.
Таня почувствовала, как к горлу подступает комок. Она ждала этих слов два года назад.
— Не вини себя слишком строго, — сказала она мягко. — Мама — это святое. Я понимаю это теперь. Просто… нужно было найти баланс.
— Да, баланс, — эхом отозвался Олег. — Знаешь, я ведь думал, что защищаю маму. А на самом деле позволял ей разрушать наш брак. Она была так одинока после папиной кончины, что вся ее жизнь вертелась вокруг меня. И я боялся ее расстроить.
— А сейчас? — спросила Таня, заглядывая ему в глаза.
— Сейчас все иначе. Болезнь изменила ее. И меня тоже. Я научился говорить «нет». Научился ставить границы. Жаль, что так поздно.
В этот момент дверь магазина распахнулась, и на пороге появилась Галина Петровна, опираясь на трость.
— Вот вы где! — воскликнула она. — А я вас ищу-ищу. Танечка, не поможешь мне дойти до такси? Что-то я устала от всего этого шума.
Таня и Олег переглянулись, скрывая улыбки. Очередная «случайная» попытка свести их вместе была очевидна.
— Конечно, Галина Петровна, — кивнула Таня. — Давайте я вас провожу.
Пока они медленно шли к стоянке такси, Галина Петровна, делая вид, что говорит как бы между прочим, начала расхваливать своего сына:
