— Знаешь, — Лена встала, подошла к окну, — когда ты угрожал мне Серёгой Кривым, я вспомнила бабушкины слова. Она говорила: «Предательство не измеряется годами. Оно или есть, или его нет». Ты предал не двенадцать лет брака. Ты предал доверие. А это не прощается.
В дверь постучали. На пороге стоял Олег в сопровождении двух сотрудников.
— Андрей Викторович? — официальным тоном произнёс он. — Вы задерживаетесь по подозрению в мошенничестве в особо крупном размере и отмывании денежных средств.
Пока сотрудники надевали на Андрея наручники, Лена смотрела в окно. Там, внизу, спешили по своим делам люди, ехали машины, жизнь шла своим чередом.
— Знаешь, что самое забавное? — сказала она, не оборачиваясь. — Я действительно люблю тебя. Точнее, любила того человека, которым ты притворялся все эти годы. Но того человека никогда не существовало.
Когда Андрея увели, в кабинет вошла Маринка:
— Ну что, подруга, как ты?
— Странно, — честно ответила Лена. — Пусто. И… свободно.
— А что с домом будет?
— Пусть забирает, — она махнула рукой. — Этот дом с самого начала был построен на лжи. Как и наш брак.
— И что дальше?
Лена улыбнулась:
— А дальше… Помнишь тот старый особняк в Переделкино? Который мы смотрели в прошлом году?
— Который требует ремонта?
— Именно. Я его купила. На те деньги, что успела снять со счёта, когда поняла, что Андрей что-то замышляет. Буду реставрировать. Сама. И знаешь что? — она впервые за долгое время искренне рассмеялась. — Там есть отличная светлая комната под мастерскую. Пора вернуться к живописи.
Маринка обняла подругу:
— Бабушка бы тобой гордилась.
— Знаю, — тихо ответила Лена. — Она всегда говорила: «Никогда не позволяй страху потери затмить радость обретения себя».
Вечером, сидя на веранде своего нового дома, Лена писала письмо:
«Дорогая бабушка, Ты была права. Женщина должна стоять на своих ногах. Но не для того, чтобы иметь путь к отступлению. А для того, чтобы идти вперёд.
Я потеряла твои квартиры, но обрела кое-что поважнее — себя. И знаешь, в этом старом доме, который требует столько работы и любви, я чувствую себя как никогда живой.
Может быть, именно об этом ты и хотела мне сказать?»
За окном шумел старый яблоневый сад, и в кронах деревьев играли последние лучи заходящего солнца. Начиналась новая глава её жизни. Глава, в которой она наконец-то была главной героиней, а не чьей-то женой или внучкой.
И это было прекрасное начало.
