— Мы не против того, чтобы мама жила с нами, — говорила она мужу. — Но не так же! Не за наш счёт! Почему она распоряжается нашим пространством, нашей жизнью?
— А чего ты хотела? — вмешивалась Марина по телефону. — Квартиру-то она вам не просто так отдала.
— Не отдала, а подарила, — парировала Таня. — И мы пять лет вкладывали в неё силы и деньги. А теперь что — всё побоку?
Противостояние нарастало.
Галина Петровна настаивала на переезде в большую спальню — там солнечная сторона, просторно, места хватит и для медицинской кровати, и для шкафа с лекарствами. Таня не соглашалась отдавать рабочий кабинет — она только наладила удалённую работу, надо где-то вести онлайн-встречи.
Марина подливала масла в огонь, названивая то брату, то невестке:
— Вы совсем совесть потеряли! Мать на улицу выгоняете! У неё болезнь, между прочим, ей нужен постоянный уход!
— А ты где была, когда она дом продавала? — не выдерживал Андрей. — А, знаю — деньги клянчила!
— Не твоё дело! Это наши с мамой договорённости!
Маленький Миша чувствовал напряжение. Стал плохо спать, капризничать. Таня выбивалась из сил — днём работа, вечером истерики ребёнка, а тут ещё и переезд свекрови на носу.
Именно в этот момент в ситуацию вмешалась тётя Вера — старшая сестра Галины Петровны. Она никогда не лезла в чужие дела, но тут не выдержала.
Вечером, когда вся семья собралась в гостиной обсуждать предстоящий переезд, в дверь позвонили. На пороге стояла Вера Николаевна — высокая, статная женщина с проницательным взглядом. В руках она держала объёмную сумку с домашними заготовками.
— Вот, решила проведать племянника, — сказала она, проходя в квартиру. — А заодно поговорить.
Галина Петровна при виде сестры как-то сразу сникла. Знала — просто так Вера не приедет.
— О чём говорить? — буркнула она. — Я всё решила.
— Нет, Галя, — Вера Николаевна присела в кресло, положив сумку рядом. — Давай начистоту. Я молчала, когда ты предложила детям квартиру с условием. Молчала, когда узнала о твоей болезни — ты просила никому не говорить. Но теперь буду говорить.
Она достала из сумки банку с компотом, поставила на стол:
— Помнишь, как в детстве мама нас учила? Главное в семье — уважение. Нельзя строить счастье одних на несчастье других.
— Причём тут это? — вскинулась Галина Петровна. — Я же о семье забочусь! Хочу, чтобы все были рядом…
— Нет, сестра, — покачала головой Вера Николаевна. — Ты хочешь всех контролировать. Боишься одиночества — это понятно. Но посмотри, что ты делаешь: детей поссорила, внука измучила, невестку довела.
Маленький Миша, услышав про себя, оторвался от конструктора:
— Бабушка Вера, а ты надолго?
— Надолго, солнышко. Я тут с твоей бабушкой Галей поговорить хочу. И с мамой твоей, и с папой.
Она повернулась к Тане и Андрею:
— Дети, я предлагаю другое решение. Галя будет жить по очереди у всех родственников. Три месяца у вас, три у Марины, три у меня.
— У Марины маленькая квартира, — тут же возразила Галина Петровна.
