И измотанная незаслуженными придирками мамы мужа невестка посоветовала:
— Идите, мама, лесом!
Это произошло, когда свекровь, в очередной раз, припершись без приглашения в выходной день, стала лазить по кастрюлям и ей что-то в очередной раз не понравилось.
Не трудно представить, что последовало потом: Нина Леонидовна визжала так, как будто ее режут.
Марину не любила ее свекровь. А кого, собственно, любят свекрови, кроме себя и своих сыночков, спросят многие и будут, конечно же, правы: ну, не невесток же!
Как там, в любимом фильме про Покровские ворота: догнать Савранского — это утопия!
Переиначив это, можно сделать вывод: хорошая свекровь — это утопия! Где-то они существуют, конечно, но их никто не видел, как неуловимого Джо из анекдота.
А Нина Леонидовна существовала вполне себе реально — эдакая довольно симпатичная среднестатистическая тетка: жена, мать и свекровь — все в одном флаконе.
И ее любила вся родня, за исключением Марины. Причем, эта нелюбовь была взаимной и являлась только зеркальным отражением негативных чувств свекрови, которая, как говорится, начала первой.
А невестке ничего уже не оставалось делать, кроме, как отбивать удары и огрызаться.
Марина вышла замуж за Генку по большой любви, причем, взаимной: они были знакомы с детства — оба ходили в один детский сад.
Но потом мальчика отдали в спецшколу, и они на время потеряли друг друга, кивая иногда при редких встречах во дворе.
А потом юноша внезапно увидел, как расцвела его подруга Мара, с которой он, в свое время, вместе сидел на горшке: стройная, с точеной фигуркой и копной русых волос, она превратилась в настоящую русскую красавицу.
Девушка тоже обратила внимание на неожиданно оказавшегося очень симпатичным молодого человека: перед ней стоял не тонконогий и лопоухий Геник-веник, как его все дразнили в садике, а просто молодой Бог с атлетической фигурой и чуть наглым взглядом светлых глаз.
Только так и должны смотреть настоящие кавалеры, уверенные в себе и уже достигшие в жизни определенных высот: немного нагло, чуть снисходительно и абсолютно спокойно.
А оба они уже, к тому времени, работали на довольно неплохих должностях: ребята закончили ВУЗы в одно и то же время.
Они остановились и перекинулись парой ничего не значащих слов. А потом «зацепились яз.ыками» и проговорили до позднего вечера — так им было интересно друг с другом.
И это стало началом их большой и чистой любви, которая продолжалась до сих пор: со свадьбы прошло почти четыре года.
И все шло ладненько и складненько. Но только одно «но» омрачало их вполне счастливое существование: у пары не было детей, хотя они над этим постоянно работали и ждали, что все наладится.
И все было бы ничего, если бы не свекровь, открыто высказывающая свою неприязнь: это оказалось вторым неприятным «но».
Марина не понравилась будущей свекрови, как говорится, априори: Генкиного папы к тому времени уже не было.
