А Мариша собрала вещи на первое время и уехала к родителям. Но на развод назавтра не подала: утром ее неожиданно вырвало.
А на тесте высветились две полоски — она оказалась беременна, и, по подсчетам, срок был немногим больше месяца: их желание наконец-то исполнилось!
И девушку поглотили мысли о будущем ребенке — все остальное стало мелким и ненужным.
Но ясно было одно: какая же глу.пая оказалась свекровь! Ведь так перечеркнуть все счастье сына «легким движением кисти» умный человек просто не может!
Но радовать Генку Мариша не спешила: ведь в конфликте именно она была пострадавшей стороной, поэтому справедливо ждала извинений.
А Нина Леонидовна, получившая своего любимого сына обратно, очень обрадовалась: он по телефону сообщил маме, что они будут разводиться.
А потом пропал: не звонил и не приходил. Первое время она не волновалась: может, работы много? Сын занимал один из руководящих постов.
К тому же, у нее самой на работе был аврал: нужно было сдавать годовой отчет.
А позже женщина попыталась «вызвонить» его по рабочему номеру, но там сообщили, что он у них уже не работает.
— А почему? — изумилась мама.
— Нахамил руководству! — коротко ответили там и отключились.
И тогда мама поехала к сыну домой. И увиденное ее потрясло: небритый Генка в уличной одежде лежал на диване.
Слава Богу, хоть трезвый, — мелькнула мысль.
— Но почему, сыночек? — попыталась выяснить мама.
— Да потому что, мамочка! Просто — потому что! Прими это как факт — ты же любишь такие штучки!
— А с работой-то что?
— Послал всех и уволился!
— А зачем?
— А разве тебе не ясно? Ты же все время посылала Маринку. И все время незаслуженно. А я всего один раз руководство, и то — по делу. Поэтому, ты должна меня понять!
И тут оказалось, что жизнь с уходом любимой Марочки стазу потеряла для сына смысл: а это уже попахивало клинической депрессией.
С момента ухода невестки прошло всего два месяца, и тут такая разительная перемена: потеря работы, внешнего вида, и возможно, себя: а это уже было чревато.
Везде была мерзость запустения. Видно было, что Генке реально плохо.
— Да не переживай ты так, — попробовала успокоить сына Нина Леонидовна. — найдем мы тебе невесту!
— Неужели ты ничего не поняла, мама! — закричал мужчина. — Как же можно быть такой бесчувственной! Ведь это ты ее додолбила!
И повернулся лицом к стене, давая понять, что разговор закончен.
А мама заплакала и вышла, причем сын прекрасно все слышал, но даже не отреагировал. Хотя раньше бы кинулся ее утешать.
А Нине Леонидовне стало ясно, что она просчиталась, и сына нужно спасать. Она все обдумала, и на следующий день с кастрюлькой супа и новыми идеями поехала к Генке.
От супа тот отказался: похудевший и осунувшийся сын сказал, что у него нет аппетита. А идеи неожиданно согласился выслушать.
Но звонить пока еще жене, как предложила мама, отказался: ты все заварила, ты и расхлебывай — а мне стыдно. Поэтому, звони и извиняйся.
