Мне всегда хотелось стать мамой. Мой супруг Кирилл тоже безумно хотел детей. Но только зачать у нас никак не получалось. Мы бегали по врачам, обследовались. Диагнозы нам ставили разные, лечение мы проходили много раз.
В 37 лет я услышала то, что никогда не хотела узнать. Слова врача прозвучали для меня так, словно они были приговором.
— В Вашем, Тамара Сергеевна, организме, явно есть генетический сбой. Из-за него зачать Вы не можете. Если это и произойдет когда-то, то можно будет считать, что случилось чудо.
У меня пошла земля из-под ног, когда я это услышала. Я намучилась с бессонницей неделю, молчала, не делилась с мужем переживаниями. Но потом я призналась ему в том, что детей ему родить не смогу. Альтернативу я ему при этом предложила.
— Может, возьмем из детского дома ребенка?
— Ни за что, — отрезал Кирилл. — Мы же не знаем, какая у ребенка наследственность, какая у него генетика. Зачем нам лишние проблемы.
Я предполагала, что без детей наша семья развалится. Это и произошло, но гораздо быстрее, чем я думала. После тяжелого разговора с мужем о расставании я не оставила мысль о том, чтобы усыновить ребенка. И я озвучила это Кириллу. Мы даже договорились, что не будем разводиться, пока я не возьму ребенка из детского дома.
Я пошла на курсы для приемных родителей, собрала огромное количество документов. Потом я уже направилась к директору детского дома. С ней мы стали обсуждать вопросы, которые меня интересуют.
— На вашем сайте, — начала я, — я нашла анкеты детей. Мне понравился один мальчик 4 лет. Я бы хотела взять его.
— Ой, — сказала Виктория Владимировна, — на нашем сайте устарела информация, мы все никак не можем поменять ее. Дело в том, что этого мальчика уже усыновили, он живет в семье. Но у нас есть другие дети, которые жаждут оказаться у любящих родителей. Например, у нас есть девочка Рита. Ей 4 года, она отлично развита, общительность девочке тоже присуща.
Я и не поняла, как мы с Викторией Владимировной пошли в группу к детям. Я опомнилась, когда меня кто-то обнял за ноги.
— А ты моя мама, да? — спросила девочка лет 4.
Оказалось, что эта девочка и есть та самая Рита, про которую мне рассказывала директор детского дома. Я поняла, что этого ребенка я и искала. В итоге получилось, что я забрала девочку, хоть и шла за мальчиком. Как только Рита оказалась у меня дома, я развелась с мужем. Мне казалось, что начался новый этап в моей жизни, который непременно станет счастливым. Но только проблемы не заставили себя ждать. Я ожидала, что они появятся, но в не таком масштабе.
Рита оказалась девочкой эмоциональной. У нее часто менялось настроение, она могла проявлять агрессию. Я старалась заниматься с ней, учить ее правилам поведения. Что-то она впитывала, но все же быстро забывала больше половины из того, что я пыталась до нее донести.
