«Ты сама решила отдать квартиру Наде?» — спокойно ответила Полина, готовая отстоять свое пространство и независимость

— А чего тебя спрашивать? — пожала плечами та. — Ты ж одна, у тебя никого нет. А Наде нужно, у неё семья. Злость медленно разливалась по всему телу. Полина семь лет пахала без выходных, писала курсовые, экономила на всём, чтобы наконец-то жить отдельно, а теперь её квартиру просто считают общим имуществом? — Мам, это мой дом, и я не собираюсь ни с кем его делить, — твёрдо сказала дочь. Мать прищурилась. — То есть ты выгонишь родную мать на улицу? Полина безрадостно усмехнулась. — Нет, мама. Ты сама себя туда загоняешь. Эта ситуация была предсказуемой. Полина даже могла бы предугадать её, если бы не питала иллюзий. Ведь всё детство и юность прошли именно так: мать всегда ставила Надю на первое место. Сколько Полина себя помнила, ей приходилось доказывать, что она тоже достойна любви и заботы. Если Надя что-то разбивала, виноватой оказывалась старшая сестра, потому что «должна была следить». Если Надя не хотела делать уроки, Полину заставляли ей помогать, потому что «ты же умная, тебе не так сложно». А если вдруг они ссорились, мать вставала на сторону младшей, даже не разбираясь в причинах. После развода родителей ситуация только усугубилась. Полина тянулась к отцу и охотно шла на контакт, а мать каждый раз обижалась. Надя же заняла сторону мамы и полностью переняла её взгляды. Полине было обидно слышать, как мать говорит гадости про папу, но девочка терпела: не могла дать отпор. Зато Полина регулярно ссорилась с Надей по этому поводу. Когда пришло время поступать в университет, отец предложил оплатить Полине учёбу и жильё. Она с радостью ухватилась за этот шанс. Учёба была единственной возможностью наконец-то уехать подальше от матери и вздохнуть свободно. Надя же, сдав экзамены, гордо заявила, что ей ничего от отца не нужно, и пошла на курсы парикмахеров. Полина прекрасно понимала, в чей огород прилетел этот камушек. — Надя у нас молодец, — не уставала повторять мать. — Сама зарабатывает, никого ни о чём не просит! Это звучало особенно забавно, учитывая, что мама всё это время баловала младшую дочь то деньгами, то готовыми обедами, то оплатой коммунальных услуг. Полина же в это время перебивалась на подработках, чтобы ни от кого не зависеть и снизить нагрузку на отца. Потом Надя вышла замуж и родила детей. Как и всегда, ответственность за её жизнь легла на плечи других людей: муж не особо рвался решать жилищный вопрос, мать помогала всеми силами, а Полина регулярно получала звонки с просьбами поздравить сестру деньгами на свадьбу, рождение ребёнка или очередной праздник. Теперь же мать решила пойти дальше. Квартира Полины воспринималась как удобное, наполовину свободное пространство, которое можно занять, чтобы в жизни Нади стало больше места и комфорта. Полину даже не спросили, просто поставили перед фактом. Она смотрела на мать и осознавала, что вся её жизнь сводилась к одному простому принципу: у Нади всегда всё должно быть лучше, чем у сестры. И если раньше это проявлялось в сравнении оценок или карманных деньгах, то теперь дело дошло до жилья. В тот день мать отступила. Зато вновь пришла на следующий. — Полина, ты хоть понимаешь, в каком я теперь положении? — голос матери звучал одновременно укоризненно и возмущённо. — Мне просто некуда идти! Ну вчера меня пустила переночевать соседка, а сегодня что? Полина медленно подняла глаза от чашки чая. Она ожидала этого разговора, но всё равно чувствовала, как внутри всё обожгло раздражением. Её мать снова вела себя так, будто дочь сама загнала её в угол. Будто именно Полина виновата в том, что мама приняла абсурдное решение, никого не спросив. — Ты сама решила отдать квартиру Наде, — спокойно ответила дочь. — Никто тебя не заставлял. Мать всплеснула руками, едва не задыхаясь от возмущения. — Ну как ты не понимаешь? У неё же дети! У неё семья! Они там вчетвером в одной комнате ютятся! Полина сжала пальцы на кружке. — А это мои проблемы? Я заставляла её рожать?