— Деньги найдём. Не думай об этом, — уверенно ответила мама. И они начали искать. Пришлось продать всё. Наталья рассталась со своей квартирой. Родители вывели сбережения из бизнеса. Они отдали машины, золото, даже мебель. Но этого всё равно не хватало. Тогда они сделали то, что казалось естественным: обратились к семье, к тем людям, которым столько лет помогали. — Родные, у нас беда, — голос мамы дрожал, но она держалась. — Нам нужна помощь. Любая сумма, кто сколько сможет… В ответ — тишина, а потом сочувственные вздохи. — Ну, держитесь там, — сказала одна из тёток. — Мы бы помогли, но вы сами понимаете, время сейчас непростое…
— Ой, как жалко, — вторил дядя. — Но мы сына женим, расходы большие, сами влезли в долги…
— Я бы дала, но всё на вкладе, снять не могу, — невозмутимо сообщила троюродная сестра. Наталья слушала всё это и не верила. Те, кто годами пользовался их добротой, теперь не могли скинуться даже по несколько тысяч. На призыв о помощи откликнулся всего один родственник. Дальний, со стороны матери. Он перевёл немного, но Наталья знала, что для него это значительная сумма, поэтому была благодарна. — Прости, что не больше, — виновато сказал он по телефону.
— Всё равно спасибо, — с трудом выдавила она, едва сдерживаясь, чтобы не пожаловаться на остальных. После этого Наталья выключила телефон и сжала кулаки. Они справятся. Даже если никто, кроме них самих, в это не верит. Пришлось пойти на радикальные меры. — Мы что, правда берём кредит под залог квартиры? — голос Натальи сорвался, она схватилась за голову.
— У нас нет выбора, — устало ответила мать. Они сидели на кухне, окружённые кипой бумаг, подсчётами, графиками платежей. За окном сгущались сумерки, но никто даже не думал включать свет. Нужно было экономить. — Мы потеряем всё, если не справимся, — тихо сказала Наталья.
— А если остановимся, потеряем отца, — отрезала мать. Наступила тишина. Деньги пришли быстро, но их тут же не стало. Каждый рубль уходил на лечение, каждая копейка превращалась в надежду. Наталья перестала считать, сколько раз они ездили в больницу, сколько назначений и анализов было за это время.
Отцу стало лучше. И это единственное, что имело значение. — Реакция положительная, — сказал врач, сдвигая очки на лоб. — Но расслабляться рано. Впереди долгий путь, всё может измениться. Мама выдохнула, Наталья кивнула. Они знали и были к этому готовы.
Работать приходилось на износ. Мать кое-как поддерживала остатки бизнеса, но этого было мало. Она бралась за любую подработку, вела бухгалтерию в двух компаниях, постоянно моталась по встречам. Наталья работала в три смены: днём основная работа, вечером репетиторство, ночью — переводы на фрилансе. — Когда ты спала? — спросила однажды мать, встретив её на кухне в пять утра.
