***
Аня, сжимая в руках диплом, стояла на перроне московского вокзала. Город оглушал ее шумом, запахами и суетой. Она закончила учебу и получила распределение в один из московских НИИ, ей предоставили служебную комнату в старом общежитии — маленькая, но светлая, с одним окном, выходящим на проспект. Уже через несколько дней после переезда Аня поняла, что жизнь в столице ее ждет трудная — с соседями ей не удалось найти общий язык. Старая сварливая бабка Клавдия Петровна, вечно недовольная молодежью, алкаш дядя Коля, который по пьяни путал комнаты, и молчаливая, но злобная тетка Зина, которая казалось, ненавидела всех и вся — эта троица установила свои порядки на этаже. Первый конфликт произошел из—за сушки белья. Аня вывесила свои вещи на веревку в общей ванной, а Клавдия Петровна набросилась на нее с криками, что она заняла ее место. —Да ты кто такая? Понаехали тут! Где я теперь белье сушить буду? Соплячка, — визжала Клавдия Петровна, размахивая руками. Аня, стараясь сохранять спокойствие, попыталась объяснить: —Клавдия Петровна, тут же всем места хватит. Я только на пару часов повесила, потом сниму. —Что значит — хватит? Это мое место! Я тут тридцать лет живу, а ты приперлась и все тут решаешь! — не унималась бабка. Мелкие ссоры быстро стали обыденностью. Ругань постоянно возникала из—за грязной плиты, забытого света в коридоре, громкой музыки. Аня старалась не обращать внимания, но не получалось — свары эти отнимали много сил. Дядя Коля, перепутав двери, три раза в неделю пытался вломиться к ней в комнату. — Чего тебе надо? — каждый раз спрашивала Аня, увидев в дверях пьяного мужчину. —А… это я… ошибся дверью. Пардоньте, — бормотал дядя Коля, шатаясь, и брел дальше по коридору. ***
В последнюю пятницу сентября Аня вернулась с работы и обнаружила, что ее дверь открыта. Замок был выломан, вещи разбросаны по комнате. Аня вызвала полицию, но те лишь развели руками. —Что тут у вас? — спросил равнодушный полицейский, осматривая разгром. — Взломали комнату, — ответила Аня, — может, ограбили. — Что значит «может»?! Вы сами не знаете, что ли? Разберетесь сами, это же коммуналка. Тут у вас вечно что—то происходит, — фыркнули правоохранители и удалились. Аня поняла, что помощи ждать неоткуда. Она вставила новый замок, почти сразу пошли угрозы: кто—то подкидывал анонимные записки под дверью с оскорблениями и предупреждениями. Потом ей подсыпали что—то в еду — пообедав, Аня почувствовала себя плохо. Пришлось вызывать скорую. Фельдшер подтвердил отравление. Жизнь в коммуналке превратилась в ад. Аня боялась возвращаться домой, боялась спать. Она старалась приходить позже, уходить раньше, чтобы меньше сталкиваться с соседями. Она мечтала о собственном жилье, о тишине и спокойствии. Но пока это была лишь мечта.
***
