— Вы не ушли? Операция прошла успешно, кровотечение остановили, гематому удалили… — Лидия резко повернулась. Перед ней стоял доктор, уставший и постаревший, даже усы поникли. Лицо его казалось серым в предрассветном свете.
— Жива… — Страх за дочь отступил, ноги подогнулись. Лидия поискала глазами, куда бы сесть.
— Садитесь. — Доктор пододвинул к ней стул, усадил, что-то говоря. Слова она слышала, а их смысл не доходил до неё. Доктор протянул ей стакан воды, она отпихнула его, вода расплескалась, облив его руку.
— Простите, — промямлила Лидия.
— Идите домой, вам нужно отдохнуть. Дочь проспит до утра. Завтра приходите, я отведу вас к ней…
— Можно мне остаться? — с надеждой посмотрела на него Лидия.
— Нет. Я же сказал, она спит. В любой момент могут привезти больного, вы будете мешать. Поезжайте домой, — повторил устало доктор.
Лидия послушно вышла на улицу. Ноги не держали. Она села на ближайшую скамейку, стоявшую у дороги. Вскоре начала дрожать от холода. Небо быстро светлело, вокруг пели птицы, радуясь новому дню. Лидия встала и пошла назад, в больницу.
Дверь в приёмное отделение оказалась незапертой. Лидия заглянула внутрь — никого. Она на цыпочках прошла через отделение в коридор, села на мягкий диван в небольшом холле, прикрыла глаза…
— Вы что же, так и не уходили? — Лида открыла глаза, не понимая, где находится. Узнала доктора, вскочила на ноги.
— Что с Никой?
— С вашей дочерью всё хорошо, спит. Пойдёмте в ординаторскую, я вас кофе напою. Вы знакомы со Стоцким?
— С кем? — переспросила Лидия.
— Ваша дочь попала в аварию с сыном Стоцкого, бизнесмена. А мальчишка у него хороший, не бросил девушку, сам пострадал, а её на руках нёс от машины. Их подвёз проезжавший мимо водитель, не стал время терять на ожидание «скорой». Так что вы должны его благодарить.
Лидия вспомнила тощего парня на кушетке с пластырем над бровью.
— Он с моей дочерью в одной школе учился, — сказала Лидия.
— Такова участь родителей — последними узнавать, что происходит со взрослыми детьми. У меня тоже сын, уже женат, а раньше… — Доктор махнул рукой.
— Пал Саныч, там привезли пациента, — в дверь ординаторской заглянула медсестра, когда они пили с Лидией кофе.
— Иду. А вы, Лидия Петровна, не переживайте, подремлите.
Когда доктор вернулся, Лидия сидела за столом доктора и рассматривала фотографию его жены и сына в рамочке.
— Пойдёмте, дочка проснулась. Посмотрите на неё и всё, не более двух минут. Не реветь и не волновать её, — строго предупреждал он Лидию, по дороге в палату.
Лидия вошла и замерла на пороге, увидев забинтованную голову дочери на подушке, лицо в ссадинах и кровоподтеках.
— Мам, — позвала Ника слабым голосом.
— Дочка! Слава Богу, ты жива! — Лидия наклонилась, взяла руку дочери и сжала в ладонях.
— Мам, где Егор?
— Егор? Его отец домой забрал. Он отделался синяками и ссадинами. Ты не говорила, что с сыном Стоцкого встречаешься.
— Все, ей нужно отдыхать. Поезжайте домой… — Доктор увёл Лидию из палаты.
