Глаза у Виктора загорелись.
— Можно? — он взял в руки брошь. Пальцы подрагивали от волнения.
— Она тяжёлая, я надевала её редко. А это тебе. — Анна Сергеевна подала Кате колечко. — Должно быть в пору. Это бриллиант. Мой подарок тебе на свадьбу, девочка.
— Ой, не надо… — растерялась Катя.
— Бери, — сказала Анна Сергеевна, а Виктор чуть не убил Катю взглядом.
Катя примерила колечко. Оно действительно оказалось впору.
— Спасибо. Я никогда его не сниму, — сказала она, и на её глазах выступили слёзы.
«Видишь? То ли ещё будет», — говорил взгляд Виктора.
— Вы отдыхайте, а я в магазин схожу. — Анна Сергеевна забрала у Виктора брошь.
— Что вы. Мы молодые, сами всё купим, вы скажите только, что нужно и где тут магазины, — с готовностью вскочил со стула Виктор-Павел.
— Я вам список напишу и деньги дам, — Анна Сергеевна пошла за блокнотом.
— Никаких денег я не возьму. Я приехал навестить бабушку, а не грабить, — сказал Виктор, не сводя глаз с Кати.
— Почему мы не остались? Пока она ходит за покупками, мы бы осмотрели квартиру, — спросила Катя на улице.
— Ага. А она встретила бы соседей и похвасталась, что к ней внук приехал. Кто-нибудь сложил бы дважды два, вызвал полицию… Нельзя давать ей общаться с соседями. Уедем, тогда ищи ветра в поле.
Когда они вернулись, Анна Сергеевна уже тушила мясо. Катя начала резать салат. До неё доносились из комнаты шорохи, скрип открываемых шкафов. Анна Сергеевна не слышала ничего.
После обеда Виктор вышел прогуляться, а Катя осталась с Анной Сергеевной. Они просто разговаривали. Потом Анна Сергеевна принесла шкатулку. У Кати глаза разбежались от вида разноцветных камней.
— Муж дарил. А куда их носить? Так и пролежали всю жизнь. Бери, девочка.
— Что вы, не надо, — Катя вскочила с дивана и попятилась.
— Умру, заберут чужие. А так в семье останутся. Только Павлу не говори. Оденешь на свадьбу, вот он удивится. Иди, спрячь.
Катя со шкатулкой ушла в комнату сына, которую им отвела Анна Сергеевна. Она огляделась. Открыла шкаф и увидела внизу обувную коробку. В ней оказались зимние сапоги. Она запихала драгоценности в один сапог, сверху заложила смятой газетой. Пустую шкатулку засунула за стопку белья в шкафу.
— Ну как, получилось? Драгоценности у тебя? — спросил Виктор, когда они отправились спать.
Катя кивнула.
— Умница ты моя. Сейчас старуха уснёт и свалим. — Он нежно обнял Катю и поцеловал. — А я нашёл деньги, немного, на похороны, наверное, приготовила. Думаю, у неё есть ещё. Но рисковать не будем. За одну брошку получим уйму денег. Вот видишь, как всё просто.
Совесть грызла Катю изнутри. Не хотелось предавать Анну Сергеевну, но и Виктор не простит ей, когда узнает, что драгоценности она не взяла. И что делать? Через полчаса из-за двери раздался храп Анны Сергеевны.
— Всё, уходим. Ничего не оставляй. Нас никто не видел, да и вряд ли запомнил.
Они с Виктором тихо вышли из комнаты, ступая друз за другом на цыпочках. В прихожей обулись, Виктор осторожно стал отпирать замок.
