— А что тут такого?! — возмутилась Инна Юрьевна. — Я для вас столько сделала! Кто деньги на ипотеку дал? Кто внучек растить помогал?
— Так вот в чем дело! — горько усмехнулась Настя. — Теперь понятно, почему вы вдруг стали милой и заботливой. Квартирку учуяли!
— Как ты со старшими разговариваешь! — возмутилась свекровь. — Совсем обнаглела! Сеня, скажи ей что-нибудь!
Арсений стоял между ними, явно не зная, что делать:
— Настя… мама просто хотела помочь…
— Помочь?! Кому?! — Настя не верила своим ушам. — Арсений, неужели ты не понимаешь? Месяц назад твоя мать называла меня дармоедкой. А узнав про наследство — сразу стала ласковой. И теперь выясняется, что она уже планирует тратить мои деньги!
— Это семейные деньги! — отрезала Инна Юрьевна. — Вы же семья!
— Да, мы с Сеней и девочками — семья! А квартира — мое личное наследство. И решаю я, что с ней делать!
Инна Юрьевна покраснела от злости:
— Ах, вот как! Значит, когда мои деньги на ипотеку нужны были — семейные деньги. А как твоя квартира — личное наследство!
— Мы ваши деньги вернули, Инна Юрьевна, — тихо ответила Настя. — Давно вернули. А вы до сих пор нам это припоминаете.
Она повернулась к мужу:
— Сеня, нам нужно серьезно поговорить. Наедине.
Инна Юрьевна поджала губы:
— Ну что ж, вижу — я тут лишняя. Не буду мешать разбираться в отношениях. Только помни, Сеня, кто о тебе всю жизнь заботился!
Глава 7. Момент истины
Когда дверь за свекровью закрылась, Настя тяжело опустилась на диван:
— Не могу поверить, что ты в этом участвовал.
Арсений сел рядом:
— Настя, я правда не думал, что ты так отреагируешь. Мама предложила с риэлтором проконсультироваться — я не видел ничего плохого.
— Дело не в риэлторе, Сеня! Дело в том, что ты позволил матери планировать, как распорядиться моим наследством. Она уже деньги делит! Не слышал? «По-честному поделим, мне немножко»!
Арсений вздохнул:
— Она имела в виду…
— Я прекрасно поняла! — перебила Настя. — Твоя мать почуяла легкие деньги и тут же стала милой. А до этого месяцами меня унижала. И ты это допускаешь!
— Что ты хочешь? Она моя мать!
— А я твоя жена! — На глаза Насти навернулись слезы. — Но ты никогда меня от нее не защищаешь. Никогда не ставишь на место, когда она границы переходит. А теперь еще в ее махинациях участвуешь!
— Это не махинации! Мама просто…
— Мама, вечно мама! — Настя вскочила. — Знаешь что? Надоело! Надоело быть мишенью в твоей семье. Надоело терпеть, что твоя мать считает меня никем, а ты ей позволяешь. Устала я, Сеня!
Она помолчала, собираясь с силами:
— Люблю тебя. Правда. Но больше не могу. Если не можешь защитить семью от посторонних — может, нам стоит пожить отдельно?
Арсений побледнел:
— Ты о чем? Хочешь развестись?
— Не знаю, чего хочу, — честно ответила Настя. — Хочу, чтобы ты наконец решил: кто тебе важнее — мать или семья. И чтобы перестал позволять ей лезть в наши дела.
Глава 8. Тяжелый разговор
