Алексей сделал вид, что у него инсульт.
— А вообще, — продолжала свекровь, откинувшись на спинку кухонного стула, — я вот что думаю. Молодая женщина должна знать своё место. Утром — вставать, убираться, стирать. И никакие ваши фрилансы меня не убедят.
— А я вот думаю, — спокойно, почти ласково ответила Мария, — что молодая женщина должна вставать и жить свою жизнь. А не чью-то фантазию о том, как она должна себя вести.
— Ты мне рот не затыкай, девочка! Пока ты под моей крышей…
— Под моей крышей, — Алексей встал. — Мы живём здесь временно, и я просил: без вот этого всего. Мы взрослые люди. Пожалуйста.
Но «пожалуйста» не помогало.
Через неделю Мария пыталась провести важную презентацию через Zoom. В наушниках, с камерой, с заказчиком из Лондона. И тут — дверь в комнату резко распахнулась. Влетает Ольга Петровна, как ураган с рынка.
— Ты что, опять в пижаме? Господи, бабы теперь совсем с ума сошли! И кому ты там лапшу вешаешь? Они хоть платят тебе?
— Я работаю! — Мария резко сняла наушники.
— Не ори на меня в моём доме!
— Это не ваш дом. Это временно, и я пытаюсь быть вежливой, но у меня закончились нервы, ясно?
— Да ты неблагодарная! Я тебя к себе пустила!
— Вы меня не пускали! Я приехала с мужем, который даже слова в ваш адрес сказать боится!
Дальше был крик. Швырнутая чашка. Кнопка «завершить звонок». Мария сидела в кресле, с руками на лице, и просто дышала.
Алексей вошёл спустя десять минут. Постучал.
— Маш, ну неужели всё настолько плохо?..
Она подняла голову. Волосы сбились в кучу, глаза — стеклянные.
— Я больше так не могу. Это не жизнь. Это кастинг в адскую квартиру.
— Мы съедем.
— Когда?
— Я поговорю с ней.
— Алексей. Ты уже год как обещаешь поговорить с ней.
Он хотел что-то сказать. Но, как и всегда, не нашёл слов. И снова выбрал молчание. Потому что маму обидеть страшно, а жену — ну, она же сама как-то разберётся. Умная ведь.
Поздно ночью Мария лежала, уставившись в потолок. Алексей храпел рядом. А у неё в голове всё было ясно. Абсолютно. Впервые за долгое время.
Завтра утром она встанет. И уйдёт.
Пока никто не проснулся.
Мария вышла из квартиры в шесть сорок. На носу — очки, на плече — рюкзак, в руке — чемодан на колёсиках. И всё. Без пафоса. Без истерики. Без рыданий в три этажа. Просто — ушла.
Алексей проснулся от звука входной двери. Протёр глаза, зевнул, потянулся. И только потом, спустя минут десять, понял, что в доме как-то… тихо.
— Маш? — крикнул он, проходя мимо кухни.
Ольга Петровна стояла у плиты в фартуке и, судя по аромату, готовила завтрак на шесть человек. Хоть в доме трое.
— Мария не спит? — спросил он, пытаясь заглянуть в комнату.
— А ты думаешь, она тут? — не оборачиваясь, ответила мать. — Чемодан выкатился в шесть утра. Каблуки цокнули. И всё. Улетела твоя жена, как фея, только волшебной палочки не оставила. А жаль.
— Ты… ты её не остановила?
— Это не моя жена. Ты у нас женатый.
Он открыл дверь в спальню. Постель разобрана. На подоконнике — недопитый кофе. У зеркала — пусто. Даже расчески нет. Только записка.
