— У-у-у, пахнет просто сказочно!
Что у вас сегодня на ужин? — Алина открыла дверь без стука, как всегда, одной рукой притянув за собой Тимура и Лизу.
Яна замерла у плиты, в руке ложка, на губах полуулыбка.
Она не успела ничего сказать — только уловила глазами, как Тимур уже тянется к сервированному столу, а Лиза, не снимая обуви, шмыгнула к дивану с мягкой игрушкой, оставленной сыном.
— Привет, Али… — начала Яна, но сестра её уже прошла мимо, ввинчиваясь в пространство кухни, будто здесь живёт.
— Пельмени, да? Домашние? Ты теперь тесто раскатываешь? — Алина заглянула в кастрюлю, потом обернулась к детям: — Ребята, повезло нам!
Яна молча сняла фартук. Муж, Кирилл, сидел за столом, подперев щеку кулаком. Он взглянул на неё, едва заметно качнул головой. Без слов.
— Ну вы садитесь, — наконец сказала Яна, но голос её звучал тише обычного.
Алина рассмеялась и хлопнула сестру по плечу, как старший брат в детстве: — Я знала, что ты не откажешь.
Вечер прошёл в суете: тарелки, салфетки, разговоры, перебивающие друг друга. Алина рассказывала о каких-то проблемах в садике, о том, как муж вечно на подработке, как устаёт.
Яна кивала, подливала соус, меняла вилки, будто вся её роль в этом доме — обслуживать. Кирилл почти не ел. Потом он ушёл в спальню — сослался на головную боль.
Когда за Алиной закрылась дверь, в квартире стало вдруг так тихо, что Яна услышала, как капает вода в раковине. Она не пошла за тряпкой — просто села на край стула и положила руки на колени.
— Мы же просто хотели поужинать вдвоём, — вдруг сказала она в темноту кухни.
На следующий вечер Яна варила суп. Не пельмени. На плите томились овощи, в духовке тянулся сыр на гренках. Кирилл подошёл сзади, обнял за плечи.
— Сегодня никого не будет? — спросил.
Но в 18:47 снова раздался звонок в дверь.
— Мы случайно, — виновато улыбалась Алина, — просто мимо шли. А у вас так пахнет…
В этот раз Яна не сняла фартук. Она поставила на стол три порции супа — для себя, Кирилла и сына. Алине и детям дала по половине. Слово «добавки» даже не прозвучало.
— А чего так мало? — нахмурилась Алина, заметив, что её Лиза уже доела. — Я думала, ты снова пельмени лепила.
— Не лепила, — ответила Яна. — У нас просто ужин.
Кирилл отодвинулся от стола. Он не смотрел на Алину — только на жену. В его взгляде было и понимание, и молчаливое согласие, и вопрос — как долго ещё?
Когда гости ушли, Алина не поцеловала её на прощание. Только бросила:
— Никогда бы не подумала, что ты так можешь.
На третий день Яна купила готовую пиццу. Разогрела в духовке. Сделала салат. Поставила два бокала красного.
— Сегодня точно только мы? — спросил Кирилл, уже не надеясь.
— Только мы, — кивнула Яна.
И всё было бы именно так, если бы не стук в окно. Не звонок, а именно стук — быстрый, нетерпеливый. Кирилл встал первым.
— Я открою, — бросил и вышел в коридор.
Яна не слышала слов, только тон. Кирилл говорил спокойно, но жёстко. Потом дверь закрылась.
— Они пришли с кастрюлей, — сказал он, возвращаясь.
