Анна стояла перед зеркалом в спальне, в третий раз меняя наряд. Лёгкое платье в мелкий цветочек казалось слишком ярким, строгая блузка — чересчур официальной. Воскресный обед у родителей Игоря превратился в еженедельное испытание, к которому она готовилась как к экзамену.
За окном их московской квартиры светило апрельское солнце, но настроение у Анны было далеко не весеннее. Три года брака, и каждое воскресенье одно и то же — поездка в старый район к свёкру и свекрови, где её ждали два часа скрытых и явных упрёков.
— Готова, наконец? — спросил Игорь, появляясь в дверях спальни. Высокий мужчина тридцати шести лет с добрыми карими глазами, он искренне не понимал, почему жена каждый раз так мучается с выбором одежды для визита к его родителям.
— Да, кажется, готова, — вздохнула Анна, оглядывая себя в зеркале в последний раз. — Хотя всё равно найдут к чему придраться. То платье не то, то причёска не такая, то макияж слишком яркий.
— Анна, ну зачем ты так? — Игорь подошёл к жене, обнимая её за плечи. — Родители тебя любят, просто они из другого поколения, у них свои представления о том, как должна выглядеть женщина.
— Любят? — горько усмехнулась Анна. — Игорь, твоя мать за три года ни разу не сказала мне доброго слова. Всегда найдёт повод для критики. И ты это прекрасно знаешь, просто предпочитаешь не замечать.
Игорь промолчал, потому что возразить было нечего. Он действительно замечал, что мать бывает резка с женой, но списывал это на возраст и переживания за сына.
Дорога до родительского дома заняла почти час — они жили на другом конце Москвы, в старом районе, застроенном хрущёвками. Игорь рассказывал о работе, планах на отпуск, пытался поднять жене настроение. Анна слушала вполуха, мысленно готовясь к предстоящему испытанию.
Валентина Дмитриевна открыла дверь сама — женщина шестидесяти пяти лет, невысокая, полная, с тщательно уложенными седыми волосами и неизменно недовольным выражением лица. При виде сына она расцвела улыбкой, но, взглянув на невестку, лицо снова стало каменным.
— Игорёк, сыночек мой дорогой! — воскликнула она, заключая сына в объятия. — Как же я соскучилась по тебе! Всю неделю только и думала, когда ты приедешь. А ты, Анечка, здравствуй, — добавила она значительно холоднее, едва удостоив невестку взглядом.
— Здравствуйте, Валентина Дмитриевна, — Анна протянула свекрови букет тюльпанов, которые купила по дороге. — Как дела? Как ваше здоровье? Игорь говорил, что у вас давление скачет последнее время.
— Да что тебе до моего здоровья, — буркнула свекровь, нехотя принимая цветы. — Живая пока, не дождётесь небось. И цветы какие-то вялые принесла, небось в дешёвом ларьке на углу покупала? Я сразу вижу, когда цветы свежие, а когда уже второй день стоят.
Анна сжала губы, удерживаясь от резкого ответа. Цветы она покупала в хорошем магазине, и они были абсолютно свежими, но спорить было бесполезно — свекровь всегда находила к чему придраться.
