Так закончился этот неприятный разговор. Спустя несколько дней Олег действительно начал бегать по инстанциям, собирать справки, пытаясь показать, что у него чуть ли не бедственное положение. Надя проконсультировалась с юристом, подготовила свои аргументы: платежи, расходы на сына. Впереди маячил судебный процесс, ещё более острый, чем предыдущий.
Однажды вечером Игорь тихо спросил:
— Мам, а почему папа не хочет платить за меня? Я ему не нужен?
Надя села рядом, обняла:
— Это не так. Просто папе жаль тратить деньги, а он не понимает, что тебе нужно много всего. Но ты нужен ему, в своём смысле. Не грусти.
Мальчик прижался к ней, на глазах блестели слёзы:
— Хочу, чтобы вы не ругались…
Она погладила его по голове:
— Я тоже не хочу скандалов. Но придётся ещё повоевать. Не переживай, всё уладится.
Игорь продолжал молчать, прикусывая губу. Надя чувствовала жжение в груди: ребёнок страдает из-за их разногласий. Но отступать она не собиралась. Сын не должен оставаться без нормального обеспечения. Олег, возможно, поймёт это, когда столкнётся с законом лицом к лицу.
Через неделю пришла повестка из суда. Надя, вздохнув, собралась, приготовила пакет документов. В день заседания сидела в коридоре с юристом, а Олег всё не появлялся. Наконец он зашёл, надвинув шапку на лоб, старался не смотреть в её сторону. Судья вызвал стороны, начал слушать доводы. Олег принялся причитать о своих кредитах, обязательствах, о том, что «ребёнок не стоит таких трат». Надю внутри трясло от злости, но она старалась говорить ровно: перечислила, какие расходы у неё на Игоря, приложила квитанции.
После долгого разбора судья огласил решение: «Отказать в снижении алиментов, так как не найдены достаточные основания». Олег покраснел, выскочил, хлопнув дверью. Надя вышла на улицу, почувствовав как будто горько-сладкую победу. Городская площадь была пасмурной, но ей казалось, что она дышит чуть свободнее. Юрист, поправляя бумаги, сказал: «Ну вот, всё по справедливости. У вашего бывшего хороший доход, он просто хотел сэкономить».
Надя поблагодарила юриста, пошла на автобусную остановку. «Жаль, что нельзя сохранить нормальные отношения, — думала она. — Но ничего не поделать. Главное, чтобы Игорёк не мучился». Она сняла трубку, набрала маму:
— Привет, всё нормально. Суд оставил алименты без изменений. Да, да, не переживай. Обниму Игоря от тебя.
Вернувшись домой, увидела, что сын делает уроки, но вид у него задумчивый. Она накрыла на стол ужин, позвала:
— Иди поешь. Папа уже сообщил?
— Да… Он звонил, сказал, что суд на твоей стороне, а не на его.
Игорь сказал это тихо, без эмоций. Надя тяжко вздохнула:
— Наверно, злится. Но раз так, значит, всё-таки будет продолжать платить по-прежнему.
Мальчик посмотрел ей в глаза:
— Мама, зачем ему платить, если он злой? Может, пусть вообще не платит, лишь бы не ругался…
— Сынок, это не совсем верно. Он обязан. Потому что ты — его ребёнок, и он несёт ответственность. Тебе ведь нужно кушать, одеваться, учиться. Разве это неправильно?
