— Я знаю вашего отца, — ответила Яна и громко шмыгнула носом.
«Точно заболеет!» — почему-то подумала Марина, а потом достала из сумки пачку с салфетками.
Протянула Яне, та с благодарностью приняла их, потом начала сморкаться и вытирать лицо.
— Откуда вы знаете папу? — Марина дождалась, когда Яна перестанет сморкаться и, наконец, посмотрит на нее. — И причем тут я? Вы с папиной работы?
— Нет, — Яна помотала головой, — я люблю вашего отца. Я жду от него ребенка. Передайте ему, пожалуйста, что я хочу поговорить с ним. Наш прошлый разговор получился неприятным.
Марина, опешив, смотрела на молодую девушку. Что она несет? Какой ребенок? Какой разговор? И почему она просит что-то передать отцу через дочь?
Пришла бы сама и обо всем ему сказала. Что за детский сад?
— Интересно, — пробормотала Марина, — и давно у вас… с папой? Что у вас вообще? Сколько вам лет?
Ее вдруг захлестнула обида. Было обидно за маму, за семью, а еще стало неприятно при мысли о том, что отец оказался таким нечистоплотным.
Всю жизнь прожил с одной женой, а под старость лет скатиться? Хотя, какой у отца возраст? Всего-то сорок восемь лет, еще вполне себе молодой, но не для Яны, разумеется.
— Мне двадцать три года, — быстро ответила та, — но это не имеет отношения к делу. Я поссорилась с Петром, наговорила ему всякой ерунды, мы расстались некрасиво.
Теперь он не берет трубку, не разговаривает со мной, а вы можете сказать ему о том, что я очень сильно сожалею, что хочу просто спокойно поговорить с ним, объясниться.
Яна быстро произносила свои фразы, ее лицо, намокшее от дождя, раскраснелось, губы дрожали то ли от волнения, то ли от начинающейся простуды.
Марина смотрела на нее и не испытывала к сопернице своей матери на капли сожаления.
Мало того, что она пытается влезть в их семью и разрушить ее, так еще и хочет это сделать руками дочери своего люб.овника!
— Невиданная наглость! — Марина перебила Яну и резким движением вырвала из ее рук пачку с салфетками. — Ты еще смеешь просить меня об этом?! Его дочь?!
Марина сама не заметила, как перешла на «ты». Ее бросало то в жар, то в холод, Яна уже не казалась такой привлекательной, какой была изначально.
Единственное, чего по-настоящему хотелось Марине — это схватить мерзавку за волосы и хорошенько оттаскать по подъездному полу.
— У меня нет другого выхода. Я думала, что ты меня поймешь, — Яна тоже перешла на «ты», нахмурив брови, — я люблю Петра, а твоя мать уже давно его не любит. И он ее.
Ты уже взрослая, ты должна понимать, что есть чувства, а есть привычка. И я… Я ведь беременна от Петра!
— Уважительная причина! — хмыкнула Марина. — Ничего я ему не скажу. Иди ты, знаешь, куда? Вижу по лицу, что знаешь! Тебя туда, наверняка, уже отправил мой отец.
Марина резко развернулась и подошла к лифту. Нажала на кнопку, услышала привычное гудение.
Яна стояла молча, тяжело дыша и хлюпая носом. Потом вдруг приблизилась к Марине и, глядя на нее, процедила:
— Он не твой отец.
