— В своей квартире помру. Честным трудом заработанной. Нечего мне на старости лет по чужим углам мыкаться.
Ангелина Петровна почти поселилась у матери, ухаживая за ней после падения. Но Зинаида Андреевна таяла на глазах, и через месяц её не стало — тихо ушла во сне, словно задремала в своей любимой кровати.
После похорон Ангелина Петровна словно постарела на десять лет. Она механически перебирала мамины вещи, раскладывала по стопкам документы и всё чаще замирала, глядя в окно на знакомый с детства двор. Алиса приезжала каждые выходные, помогала разбирать вещи и однажды застала мать за странным занятием — та методично обводила красным маркером объявления о продаже квартир в газете.
— Мам, ты что задумала? — Алиса присела рядом, разглядывая пометки.
— Знаешь, — Ангелина Петровна отложила маркер, — я тут подумала… У меня теперь две квартиры. Своя и мамина. А что толку? Сижу тут одна, как сыч в дупле. Внуков раз в год вижу, да и то мельком.
— Ты хочешь… — Алиса не договорила, но мать уже кивала:
— Продам обе. Куплю в Москве. Поближе к вам. Глядишь, и на пирожки будете чаще забегать.
В глазах матери впервые за долгое время появился живой блеск. Она достала калькулятор и принялась что-то подсчитывать, бормоча себе под нос:
— Так, однушку в центре… нет, лучше двушку в спальном… До метро минут двадцать, зато тихо…
Алиса смотрела на мать и улыбалась. Ангелина Петровна всегда была такой — если уж что решила, то подойдёт к делу основательно, как искусный ювелир к драгоценному камню: каждую грань рассмотрит, каждый шаг просчитает.
— Только вот что, — мать подняла глаза от бумаг, — давай квартиру сразу на тебя оформим. А то знаешь, как я с этим наследством намучилась? Три месяца по инстанциям бегала, справки собирала. В нотариальной конторе меня уже по имени-отчеству знали, как родную.
— Мам, но это же твои деньги…
— И что? — Ангелина Петровна махнула рукой. — Всё равно тебе достанется. А так хоть мороки меньше будет.
Алиса растерянно смотрела на документы. В голове не укладывалось — мама готова вот так просто переписать на неё квартиру? Но глядя на решительное лицо матери, она поняла — спорить бесполезно. Когда Ангелина Петровна что-то решила, переубедить её невозможно. Оставалось только помочь с оформлением документов и поддержать в этом непростом решении.
Переезд занял почти полгода. Поначалу Ангелина Петровна приезжала в Москву на один день — садилась на ранний поезд, а вечером возвращалась домой. Но быстро поняла, что такими наскоками квартиру не выберешь. После этого стала оставаться у дочери на несколько дней, занимая диван в гостиной. «Вы меня простите за неудобства, — говорила она по утрам, — зато я вам завтраки готовлю!»
Ангелина Петровна подошла к выбору новой квартиры со свойственной ей дотошностью. Каждое утро она выходила из дома, вооружившись блокнотом и картой метро, и отправлялась исследовать очередной район. К вечеру возвращалась уставшая, но довольная, с новыми заметками и фотографиями на телефоне.
