Лида внимательно смотрела на безупречно ухоженные руки Марины Викторовны — матери своего почти уже бывшего мужа. Эти руки были словно созданные для демонстрации статуса: тонкие пальцы, украшенные несколькими колечками с крупными драгоценными камнями, которые, казалось, стоили больше, чем весь её годовой доход. Маникюр — аккуратный, идеально выполненный — словно отражал всю холодную и расчетливую натуру женщины, которая теперь листала бумаги перед ней. Документы касались её квартиры — единственного оставшегося у Лиды имущества, части той жизни, которая существовала до Антона.
Лида почувствовала, как внутри всё закипает — смесь ярости, обиды и отчаяния, словно вулкан, готовый извергнуться. Она не могла поверить, что мужчина, которого когда-то любила, теперь выступает против неё с таким холодным расчетом.
— Ты тут тихой сапой решил мои квадратные метры отсудить, Антоша? — произнесла она с едкой усмешкой, стараясь сохранить самообладание, но голос дрожал от напряжения. — Размечтался! Ни твоя мамочка, ни её юристы тебе не помогут!
Антон скривился, будто его внезапно пронзила зубная боль. Его лицо побледнело, и он не сразу нашёл слова.
— Лид, давай без истерик, — попытался он говорить спокойно, но в голосе слышалась скрытая раздражённость. — Три года я вкладывался в ремонт этой квартиры. Замена труб, электрики, окна, кухня… Всё делалось на мои деньги.
— На твои? — Лида горько усмехнулась, не скрывая сарказма. — На деньги твоей мамочки, — добавила она с нажимом, — которыми она тебя снабжала тайком от меня, чтобы потом предъявить права?
Марина Викторовна, не спеша, подняла голову от документов и бросила на Лиду холодный, оценивающий взгляд. Несмотря на свои пятьдесят восемь, она выглядела не старше сорока пяти — безупречная короткая стрижка, дорогой костюм, осанка балерины — всё выдавало женщину, привыкшую к контролю и вниманию к деталям.
— Лидия, не стоит опускаться до оскорблений, — сказала она с лёгкой насмешкой. — Мой сын работал, пока ты… — она сделала выразительную паузу, словно подбирая слова, — искала себя. Сначала курсы флористики, потом психологии, затем йога… Что там дальше было в твоём бесконечном списке самообразования?
Лида почувствовала, как в груди сжимается комок боли и злости. Эти слова звучали как обвинение, но в то же время — как приговор её собственным мечтам и надеждам.
Три года назад Лида и Антон казались идеальной парой. Она — творческая душа, выпускница филологического факультета с мечтой открыть собственное маленькое издательство, которое могло бы стать домом для новых голосов и талантов. Он — амбициозный юрист в крупной компании, с приличным доходом и чётким планом на будущее. Их познакомила книга — на презентации сборника современной поэзии, куда Антон пришёл с коллегой, а Лида — потому что давно восхищалась творчеством автора.
