Света стиснула зубы. Ей хотелось развернуться и уйти, но она осталась. Не потому, что любила свекровь — их отношения всегда были холодными. Просто она знала: если что-то случится, Игорь обвинит её.
— Я останусь, — сказала она тихо. — Хотите вы или нет.
Нина Васильевна посмотрела на неё с прищуром, но ничего не ответила.
Дни тянулись медленно. Света приезжала к свекрови утром, готовила еду, проверяла давление, слушала её бесконечные жалобы. Нина Васильевна была требовательной: то суп слишком солёный, то окно открыто не так. Света молчала, но с каждым днём её терпение истончалось.
Однажды вечером, когда они сидели за ужином, Нина Васильевна вдруг сказала:
— Ты знаешь, почему Игорь уехал один?
Света замерла, держа ложку в воздухе.
— Потому что вы заболели, — ответила она, хотя в голосе сквозило сомнение.
Свекровь усмехнулась, и в её глазах мелькнуло что-то странное — то ли злорадство, то ли жалость.
— Он просто хотел отдохнуть. От всего. И от тебя в том числе.
Слова ударили, как пощёчина. Света отложила ложку и посмотрела на Нину Васильевну. Та не отвела взгляд.
— Это он вам так сказал? — спросила Света, стараясь держать голос ровным.
— Не сказал. Но я его знаю. Он мой сын.
Света почувствовала, как горло сдавило. Она встала, собрала посуду и ушла на кухню. Там, стоя у раковины, она позволила себе заплакать — тихо, чтобы свекровь не услышала.
Ночью Света не могла уснуть. Слова Нины Васильевны крутились в голове, как заевшая пластинка. Игорь хотел отдохнуть от неё? Или это свекровь специально вбивает клин?
Света взяла телефон и открыла переписку с мужем. Последнее сообщение от него было три дня назад: «Всё ок, загораю». Ни слова о ней, ни вопроса, как дела.
Она начала листать его соцсети. Игорь редко что-то выкладывал, но на этот раз в сторис мелькнули фотографии: пляж, коктейль, закат. На одной из них была женская рука с ярким маникюром, держащая бокал. Света почувствовала, как кровь прилила к вискам. Она увеличила фото, но лица не было видно.
— Это ничего не значит, — сказала она сама себе, но голос дрожал.
Утром она написала Игорю: «Как дела? Всё хорошо?» Ответ пришёл через несколько часов: «Норм. Маму не обижай». Света швырнула телефон на диван.
К концу недели Света была на грани. Она устала от свекрови, от молчания Игоря, от собственных мыслей, которые грызли её изнутри. В субботу Нина Васильевна неожиданно попросила:
— Съезди в аптеку, кончились таблетки.
Света кивнула и поехала. В аптеке очередь была длинной, и пока она ждала, её взгляд упал на витрину с витаминами. Она вспомнила, как Игорь однажды сказал: «Ты вечно какая-то уставшая, может, витамины попить?» Тогда она отмахнулась, но теперь эти слова резанули. Уставшая. Может, он прав? Может, она правда стала скучной, невыносимой?
Вернувшись, она застала Нину Васильевну за телефонным разговором. Свекровь говорила тихо, но Света уловила обрывок:
— …да, всё нормально, он скоро вернётся. Нет, она ничего не знает.
Света замерла в дверях. Нина Васильевна заметила её и быстро закончила разговор.
