— Нет, пусть скажет, — Галина Ивановна поджала губы. — Я твоего мужа вырастила, я и вас буду жить учить! Без меня бы тут все развалилось. Ты неблагодарная, Оля. Думаешь, я не знаю, что ты в своём дневничке пишешь? Как я тебе мешаю, как ты устала? А кто тебе квартиру дал?
Ольга побледнела. Она посмотрела на Андрея, но он отвёл взгляд. Ей стало больно — не от слов свекрови, а от того, что муж молчал. Он всегда молчал.
— Вы читали мой дневник? — голос Ольги дрожал. — Вы рылись в моих вещах?
— А что мне делать, если ты всё скрываешь? — Галина Ивановна даже не смутилась. — Я должна знать, что в моём доме творится!
Ольга встала из-за стола, взяла Машу на руки и ушла в спальню. Она не плакала — не могла. Внутри была пустота. Она поняла, что так больше нельзя.
Ночью, когда Галина Ивановна ушла к себе, Ольга заговорила с Андреем.
— Куда? — он удивился. — Оля, ты чего? У нас тут всё есть, Маше удобно, садик рядом…
— Я не могу так жить, — перебила она. — Твоя мама… Она меня душит. Она лезет во всё, Андрей. Она даже мой дневник читала! Это нормально, по-твоему?
Андрей молчал. Он смотрел в потолок, будто искал там ответ.
— Она просто хочет помочь, — наконец сказал он. — Ей одиноко, Оля. Она всю жизнь для меня пахала, а теперь…
— А я? — Ольга посмотрела на него. — Я твоя жена. Машина мать. Ты думаешь о нас? Или только о ней?
Он не ответил. Разговор закончился ничем. Ольга легла спать, но не спала. Она думала обо всём: о том, как устала, как боится за Машу, как хочет, чтобы их семья была их, а не чьей-то ещё.
Через неделю всё решилось само собой. Ольга вернулась домой раньше обычного — Маша заболела, и её надо было забрать из садика. Войдя в квартиру, Ольга услышала шаги в спальне. Она подумала, что это Андрей, но, открыв дверь, увидела Галину Ивановну. Свекровь стояла у тумбочки, с пультом от телевизора в одной руке и её дневником в другой. Она листала его, будто это был журнал.
— Что вы делаете? — голос Ольги был ледяным.
Галина Ивановна вздрогнула, но быстро оправилась.
— Пульт искала, — буркнула она. — А это… случайно нашла.
— Случайно? — Ольга шагнула к ней, забрала дневник. — Вы опять? Вы вообще понимаете, что это моё? Личное?
— Не кричи, — свекровь нахмурилась. — Я тут хозяйка, не забывай.
Ольга посмотрела на неё. В этот момент в ней что-то щёлкнуло. Она больше не хотела терпеть.
Вечером, когда Андрей вернулся, она встретила его в коридоре.
— Я ухожу, — сказала она. — С Машей. На съёмную квартиру. Если ты с нами — собирайся. Если нет — я не буду тебя уговаривать.
— Оля, подожди, — он попытался её остановить. — Давай поговорим.
— Я устала говорить, — она посмотрела ему в глаза. — Я хочу жить своей семьёй. Не с твоей мамой, а с тобой и Машей. Решай.
Андрей молчал. Он смотрел на неё, потом на дверь спальни, где Галина Ивановна что-то объясняла Маше. Ольга видела, как он колеблется. Но потом он кивнул.
