— Понимаю. Но ты же выбирала не кого попало в женихи, а моего сына. Он у меня парень скромный. А вот ты — такая продвинутая, при деньгах. Раз можешь, почему не хочешь?
— Вы считаете, что я должна финансировать масштабное мероприятие, которое мне самой не нужно?
— Ты ж невеста. Не хочешь — значит, не дорожишь нашими отношениями.
Катя почувствовала, что разговор зашëл в тупик, и, стараясь говорить ровно, ответила:
— Я дорожу отношениями, но не терплю, когда меня ставят к стенке. Давайте сделаем так: либо всё поровну, как взрослые люди, либо я откажусь.
— Вот спасибо тебе! — в голосе свекрови звучала насмешка. — То есть ты и невеста, и без денег?
— Я сказала, что готова участвовать в расходах пополам. Если это не подходит, значит, свадьбы не будет.
— Павел о своём мнении ничего не говорит?
— Павел пока молчит. Но всё, что он говорил раньше, пока не противоречит моим условиям.
Катя завершила разговор и несколько минут сидела неподвижно. Её возмущало, что мать жениха видит в ней лишь кошелёк. А Павел… Почему он не может сказать своё твёрдое слово?
Через несколько дней Кате позвонили с незнакомого номера:
— Добрый день, Екатерина. Это администратор банкетного зала. Нужно подтвердить заказ и внести 150 тысяч рублей в качестве аванса. Вам будет удобно подъехать или сделать перевод?
— Простите, но я не оставляла такой заявки.
— Нам указали ваш номер и имя. Сказали, что вы — заказчица, нужно просто дождаться вашего подтверждения.
Катя сразу поняла, откуда ноги растут. Позвонила Павлу:
— Паша, у меня только что спросили подтверждение брони, которую я не делала. Что происходит?
— Мама сама всё организовала, — он замолчал. — Она сказала, что «Катя всё равно оплатит, а если нет — опозорит нас всех».
— И ты ничего не можешь с этим сделать?
— Мама уверена, что я не должен позволять «богатой жене» вертеть мною.
— То есть это я верчу? Интересно, а чем? Своими правилами «всё поровну»?
— Я уже не знаю, что правильно, Катя… Мама говорит одно, ты говоришь другое… Я в замешательстве.
— Хорошо, ясно. Я уже приняла решение: никакой свадьбы не будет, если меня принуждают платить за чужие хотелки. Я никому ничего не должна.
Вечером позвонила Людмила Константиновна и начала говорить на повышенных тонах:
— Катя, как тебе не стыдно! Я уже договорилась, а ты что делаешь? У моего Павла зарплата скромная, а мы уже заказали дорогое кафе, чтоб было не хуже, чем у людей!
— Это ваше решение, не моё.
— Какая же ты жадная! Как ты вообще смеешь ставить ультиматумы?
— Я не ставлю ультиматумов. Я всего лишь сказала, что готова поделить расходы поровну. Вы отказались, и теперь это только ваш риск.
Павел, который в этот момент был рядом с матерью, тщетно пытался остановить её:
— Мам, может, успокоишься? Мы с Катей можем сами решить как-то…
— Ничего ты не решишь! — крикнула она. — У меня всё уже заказано, и Катя обязана оплатить: она ведь толкает тебя на брак!
Катя невозмутимо слушала, затем сказала:
