— Увы, пока нет, — вздохнул Виктор Андреевич. — Слишком вы разные, хотя, возможно, я заблуждаюсь.
Я понимала, что переубедить его сейчас невозможно. Но, честно говоря, уже не хотела. Они видели во мне бедную невесту и относились ко мне с высокомерием. Я расценила это как некий диагноз отношениям. Вдруг внутри меня вспыхнуло твёрдое чувство: «А оно мне надо, убедить их?» Ведь люди, которые судят других лишь по деньгам, сами загоняют себя в рамки. И я сама решаю, входить мне в эти рамки или нет.
В этот момент подошёл Алексей. Он обнял меня за плечи и посмотрел на отца:
— Пап, — сказал он, — а ведь Аня уже доказала свою самостоятельность, когда пошла работать сразу после университета, не боясь трудностей. Она не просит ни рубля из моих денег. Почему вы никак не оцените её достоинства?
— Лёш, — мать положила руку на плечо мужа, — да мы просто переживаем. Тебе же жить с ней.
Алексей покачал головой и перевёл взгляд на меня. Я поняла: пришла пора заканчивать этот цирк. Но тут у меня зазвонил телефон. Я быстро потянулась, чтобы выключить сигнал, но стоявшая рядом женщина взглянула на экран, где высветилось «Папа» и крупная фотография моего отца, которого в бизнес-среде знали многие. Женщина изменилась в лице:
— Игорь Сергеевич твой отец? — Она приоткрыла рот. — Тот самый… Тот самый Игорь Сергеевич… владелец сети «ГрандСиб»?
Я промолчала, а в комнате разлилась тишина. Пару секунд никто не решался спросить вслух, но мысли у всех были одна и та же: та ли я, о которой они думают?
— Да, это мой отец, — коротко призналась я. — Но мы не хотели этого рассказывать, чтобы вы не судили меня по фамилии и состоянию. Увы, боюсь, эксперимент полностью удался.
Все разом заговорили:
— Ой, ну почему же мы…
— Надо же, как неожиданно…
— Надо было сразу сказать!
Я посмотрела на Алексея: он не выглядел потрясённым, потому что знал, какую реакцию вызовет правда. В его глазах плясала тихая насмешка.
— Виктор Андреевич, — я обратилась к отцу жениха. — Лариса Петровна. Мне было интересно, как вы отнесётесь ко мне, думая, что я простой педагог. Теперь всё ясно. И я прошу вас не обижаться на мой обман. Мне было важно понять, насколько я интересна вашей семье без фамильных денег.
Наступила напряжённая пауза. Родители Алексея, которые минуту назад чуть ли не высмеивали мою «простую» профессию, теперь суетились вокруг меня с виноватыми улыбками.
— Анечка, — Лариса Петровна с силой сжимала мою руку, — ты уж прости нас. Мы ведь не знали, понимаешь? Мы же думали… ну ты понимаешь…
— Понимаю, — ответила я тихо. — Жаль только, что вся «прелесть» вашего первого отношения ко мне никуда не денется из памяти.
— Ну давай забудем, — попыталась улыбнуться тётя. — Ведь всё же хорошо: будете жить богато, счастливо!
Я посмотрела на Алексея, и мы обменялись понимающими взглядами. Он хмыкнул:
