Он ушёл. На этот раз — навсегда. Она чувствовала. Как чувствуют конец зимы: по запаху воздуха, по каплям на подоконнике, по свету, который возвращается в глаза.
Через месяц она устроилась на работу в библиотеку. Не мечта, но рядом с книгами было легче. Тихо. Порядок. Кто-то пришёл за Чеховым, кто-то — за Улицкой. А она — за собой.
Иногда ей звонил Денис. Ненавязчиво. Раз в неделю. Просто спросить, как дела. Иногда они пили кофе после работы. Говорили о кино. Иногда — о детстве. Он не лез в душу, не предлагал «всё забыть», не говорил «я лучше него». Он просто был рядом.
— Ты стала другая. Но как будто настоящая.
— Я просто теперь — не роль. Я — человек.
Вечером, возвращаясь домой, она зашла в магазин и купила себе мороженое. То самое, пломбир в вафельном стаканчике, который «не по возрасту» и «портит фигуру». Села на скамейку у подъезда, съела — без вины, без упрёков, без оценки.
И вдруг поняла: впервые за много лет — ей спокойно.
