— Неплохая-то неплохая, — согласилась Анна Михайловна. — Наташа милая девочка, спору нет. Но хозяйка никакая! И семья у нее… Какая там семья? Мать с отцом давно в разводе. А это, знаешь ли, пугает.
— Чем пугает? — уточнила подруга.
— Тем, что не умеет Нина Ивановна в семье жить! — Анна Михайловна отставила чашку с кофе. — Семья — это не просто штампик в паспорте поставить. В семье всякое бывает. Нужно уметь прощать, уступать, договариваться, принимать человека таким, как он есть. А тут… мужчины просто так не уходят, знаешь ли.
Людмила Васильевна кивнула, не решаясь возражать.
— Мы с Виталиком уже серебряную свадьбу отметили, а живем всем на зависть, — продолжала Анна Михайловна с гордостью. — Виталик пашет на работе, часто задерживается, чтобы нам с Антоном хорошо жилось. А я тыл обеспечиваю: уют создаю, готовлю то, что ему нравится. Слежу за его здоровьем — у него радикулит, не позволяю тяжести поднимать. Диетические блюда готовлю — у него пять лет назад гастрит был, а сейчас ни одного обострения! Конечно, он это ценит. Какой нормальный человек уйдет из семьи, где ему хорошо?
— Да, ты права, — согласилась Людмила Васильевна.
— Я и Наташу учу, как в семье жить. Ее мама едва ли могла научить тому, чего сама не умеет. Но никакой благодарности! Одна слушает в полуха — «отвяжись», мол. А вторая смотрит косо. А сынок мой Антоша страдает!
Анна Михайловна встала, подошла к окну.
— Знаешь, чего с него жена потребовала? Чтобы он на работу устроился! Зачем, спрашивается? Слава богу, мы не бедствуем. Это они в нищете жили. А у нас Виталий Евгеньевич о семье заботится. Нет у Антоши необходимости подрабатывать во время учебы. Это у них в семье материальные проблемы. Но разве это наша вина? Мы даем деньги Антону. А Наташе пусть ее мать дает. Только вот что ей дать-то? В том-то и дело, что нечего.
— И что же делать? — спросила Людмила Васильевна.
— А что тут поделаешь? — вздохнула Анна Михайловна. — Я была против этого брака. Девушка не нашего круга и воспитания. Но Антон не послушал.
Тем временем Наташа, закончив уборку во дворе, спешила домой. Усталость навалилась свинцовой тяжестью — вставать в половине пятого утра было нелегко. Но служебное жилье давали только работающим дворникам, а снимать квартиру было не на что.
Дома ее ждал Антон — сидел за компьютером, играл в какую-то игру.
— Привет, — бросил он, не оторвавшись от экрана. — Мама звонила. Приглашает на ужин.
— Антон, — устало сказала Наташа, — может, ты поможешь? Убрать надо, еду приготовить…
— Не сейчас, видишь — занят. Да и это же женские дела, — отмахнулся он.
Наташа стиснула зубы. Вечером она позвонила маме.
— Мам, я больше не могу, — всхлипнула она в трубку. — Антон дома целыми днями сидит, а я как ломовая лошадь. И свекровь эта… Она мне прямо сказала: «Кто тебя еще научит, как в семье жить? Нина Ивановна — чудесная женщина, но семью сохранить не смогла».
