Последние дни Боря прожил как в тумане. Жили мы уже отдельно, он после той ссоры так и не вернулся. Вернее, он пытался помириться, но я оборону держала. Я эти несколько дней не жила, а существовала — все мои мысли были заняты только Борей. Я очень хотела его вернуть, я столько попыток сделала, собираясь ему позвонить… Но гордость не позволяла. Впервые в жизни я закусила удила и потом горько об этом пожалела. Сердце предчувствовало беду. Мои опасения все же оправдались. В пятницу ночью раздался звонок. Я схватила трубку: — Алло? — прошептала я, дрожащим голосом. — Ирина? Вас беспокоят из больницы… Борис, ваш супруг… он… Его больше нет. Примите мои соболезнования… Я не могла поверить в происходящее. Не могла осознать, что мне говорят на том конце провода. Борис, Мой Боря… помер? Этого не могло быть! — Что? Как? Что случилось? — пролепетала я. — Сердечный приступ. Внезапная гибель. Нам очень жаль. Я отключила телефон. Стояла, как громом пораженная, не в силах пошевелиться. Перед глазами все плыло. Я не могла дышать. Мир рухнул в одно мгновение. Потом были похороны. Суета, скорбь, соболезнования. Я принимала их на автомате, не чувствуя ничего. А вот после похорон началось самое страшное. Я осталась одна в огромном пустом доме, полном воспоминаний о Борисе. Каждый предмет, каждый уголок напоминал о нем. Я ходила по дому, как тень, не находя себе места. Потом появился адвокат и сообщил о завещании. Оказалось, что Борис переписал на Светлану большую часть своего имущества. Я была в ужасе. Как он мог? Как он мог так поступить со мной, с детьми? И тогда я начала копать. Начала узнавать о Светлане, о ее связи с Борисом. И чем больше я узнавала, тем больше понимала, что это не просто интрижка. Это было что-то гораздо большее. Это чистой воды афера, продуманная и спланированная заранее. Я нашла фотографии, переписки, банковские выписки. Я узнала, что Светлана давно планировала это. Она втерлась в доверие к Борису, очаровала его. Сначала опустошила его счета, а потом решила подобраться и к его имуществу. Я обратилась в полицию, но у меня не было доказательств. Все улики были косвенными. Следователь лишь разводил руками, говоря, что это слишком сложное дело, что шансов на успех мало. Но я не сдавалась. Я не могла позволить ей уйти от ответственности. Я должна была добиться справедливости. Ради Бориса, ради детей, ради себя самой. И вот я здесь, в зале суда, рассказываю свою историю. Я знаю, что шансы невелики. Она влиятельная, у нее много денег, у нее хорошие адвокаты. Но я верю в правду. Я верю, что справедливость восторжествует.
