— Ты правда не понимаешь? — Татьяна присела на ступеньку. — Ты мешаешь. Вечно мешаешь. Своими капризами, своими страданиями… «Папа то, папа это»… А он носится с тобой, как с писаной торбой. Деньги тратит, время…
— А я его жена! — впервые в голосе Татьяны прорвалась ярость. — Я имею право на нормальную жизнь! Без истерик твоей мамаши, без твоих вечных обид…
Она достала телефон — телефон Киры:
— Сейчас ты напишешь маме. Что соскучилась, что хочешь к ней. Что папа тебя обидел.
— Будешь, — Татьяна улыбнулась. — Или останешься здесь. Навсегда.
— Папа будет искать…
— Конечно, будет. Но не здесь. Знаешь, что я скажу? Что ты поссорилась со мной и убежала. А потом пришло сообщение — ты у мамы. Он поверит. Он всегда мне верит.
Кира сжалась в комок. В голове немного прояснилось, но все тело было каким-то ватным.
— Что ты мне подсыпала?
— Неважно. Главное — следов не останется. Ну что, будешь писать?
Татьяна пожала плечами:
— Как хочешь. Посидишь тут, подумаешь. Я вернусь вечером.
Она поднялась по лестнице. Хлопнула тяжелая дверь, лязгнул замок.
Первый час она кричала и стучала в дверь. Потом охрипла.
Второй час пыталась найти другой выход. Но маленькое окошко под потолком было забрано решеткой.
Третий час просто сидела, обхватив колени руками, и тихо плакала.
А потом начала думать.
Татьяна права — папа поверит. Он всегда ей верит. Но мама… Мама-то знает, что я никогда не напишу такого. Никогда не скажу, что папа меня обидел.
Значит, надо ждать. Рано или поздно мать забьет тревогу. Начнет звонить, искать…
Где она вообще? Судя по звукам сверху — какой-то частный дом. За городом? Не может быть далеко — они ехали не больше часа.
Думай, думай! Что ты видела по дороге?
Кажется, они проезжали мимо старой водонапорной башни. И церкви с голубыми куполами. Это в Прибрежном? Или в Сосновке?
Снаружи послышались шаги. Дверь открылась — на пороге стояла Татьяна.
Кира покачала головой.
— Глупая девочка, — вздохнула мачеха. — Неужели не понимаешь — так будет лучше для всех? Поживешь с матерью, походишь к психологу… У тебя же явная депрессия, неудивительно после развода родителей…
— Я? — Татьяна рассмеялась. — Нет, дорогая. Я просто хочу спокойно жить. И знаешь что? Раз ты не хочешь писать маме — напишу я.
Она достала телефон Киры:
— «Мама, прости. Я больше не могу здесь оставаться. Папа совсем не обращает на меня внимания, только работа и Татьяна… Можно я перееду к тебе?»
— Не надо! — Кира рванулась вперед, но ноги подкосились. — Пожалуйста!
— Поздно, — Татьяна нажала «отправить». — Дело сделано. Теперь просто посидишь тут пару дней, пока все утрясется. А потом… Ну, там видно будет.
Она развернулась и пошла к выходу.
— Подожди! — крикнула Кира. — А если… если я правда перееду к маме? Добровольно?
Татьяна остановилась:
— Я уеду. Совсем. Только выпусти меня отсюда.
И тогда я все расскажу. Все, что ты сделала.
— Не верю, — покачала головой Татьяна. — Ты вернешься. Всегда возвращаешься.
Договорить она не успела — наверху раздался звук подъезжающей машины.
