Машина петляла по вечерним улицам. Кира рассеянно смотрела в окно, вспоминая, как все началось. Три года назад, когда отец впервые привел Татьяну в дом…
Она была красивой — этого не отнимешь. Высокая, стройная, с безупречной осанкой и точеными чертами лица. Светлые волосы всегда уложены волосок к волоску, макияж безупречен, маникюр идеален. Настоящая бизнес-леди, как она сама себя называла.
Кира помнила, как Татьяна осматривала квартиру — цепким, оценивающим взглядом. Как поджимала губы, разглядывая фотографии на стенах — те самые, где они с отцом вдвоем, еще до развода. Как старательно улыбалась, знакомясь с дочерью своего будущего мужа.
— Надеюсь, мы подружимся, — сказала она тогда. — Ты ведь не против, если я буду иногда заходить к вам в гости?
Кира покачала головой — нет, не против. А что она могла сказать? Отец светился от счастья, глядя на свою новую избранницу. Он заслужил это счастье — после того ада, который устроила мать при разводе…
Татьяна стала появляться все чаще. Сначала действительно заходила ненадолго — на чай, на ужин. Потом начала оставаться с ночевкой. А потом как-то незаметно переехала совсем.
Первое время она старалась подружиться с Кирой — водила в кафе, дарила подарки, расспрашивала о школе и подругах. Девочка держалась настороженно, но постепенно начала оттаивать. В конце концов, Татьяна не пыталась заменить ей мать, не лезла с советами и нравоучениями. Просто была рядом — внимательная, понимающая.
А потом что-то изменилось. Кира до сих пор не могла точно сказать, когда это произошло. Может быть, когда отец начал задерживаться на работе из-за проблем в бизнесе? Или когда сама Татьяна осталась без работы после сокращения?
Она становилась все раздражительнее. Все чаще делала Кире замечания — то слишком громко музыку слушает, то разбрасывает вещи, то неправильно моет посуду. Могла накричать из-за пустяка, а потом, когда приходил отец, жаловаться со слезами на глазах, что падчерица ее не уважает, грубит, специально делает назло…
— Приехали, — голос отца вырвал Киру из воспоминаний. — Ты что, спишь?
— Задумалась, — она потрясла головой, прогоняя непрошеные мысли. — А мы разве не домой?
— Я же обещал сводить тебя на выставку, — улыбнулся отец. — Помнишь? В городской галерее открылась экспозиция современных художников. Говорят, очень интересная.
Татьяна хлопнула дверцей машины:
— Андрей, ты уверен, что это хорошая идея? У тебя же встреча была назначена…
— Перенес, — отрезал отец. — Ничего страшного. Правда, Кир?
Он подмигнул дочери, и она впервые за день искренне улыбнулась. Да, ради таких моментов стоило терпеть истерики матери и холодность Татьяны.
В галерее было немноголюдно. Они медленно шли по залам, разглядывая картины. Отец что-то рассказывал — кажется, о художниках, о направлениях в живописи. Кира кивала, не особо вслушиваясь. Главное было — быть рядом, чувствовать его руку на плече, знать, что сейчас она — единственная дочь, единственная важная для него…
