— Я не бросаю, — Алексей покачал головой. — Я просто хочу узнать правду. Всю правду.
— И что ты сделаешь, когда узнаешь её? — Сергей подошёл ближе, глядя сыну в глаза. — Предашь меня? Убежишь к «настоящему папочке»?
— Я не знаю, — честно ответил Алексей. — Но я хочу иметь право выбирать.
Сергей долго смотрел на него, словно видел впервые.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Ты получишь свою правду. Но запомни: некоторые двери лучше не открывать.
Результаты теста пришли раньше, чем ожидалось. Алексей получил конверт прямо на работе. Он долго смотрел на запечатанный белый прямоугольник, не решаясь открыть. В этом конверте была его судьба, его прошлое и, возможно, его будущее.
Наконец, он сломал печать и достал лист с результатами. Строчки плыли перед глазами, пока он не сфокусировался на главном:
«Вероятность отцовства Орехова Максима Александровича в отношении Светина Алексея Сергеевича составляет 99,9998%».
Он был прав. Максим действительно его биологический отец. Всё, что Алексей знал о себе, оказалось ложью.
Телефон зазвонил, прерывая его размышления. Мать.
— Алёша, — её голос звучал встревоженно. — Ты дома?
— Нет, на работе, — ответил он. — А что?
— Сергей… он странно себя ведёт. Собирает вещи, перекладывает документы. Я боюсь, что он хочет…
— Сбежать? — Алексей почувствовал, как земля уходит из-под ног. — Я сейчас приеду.
Но он опоздал. Когда Алексей примчался домой, Сергей уже уехал. На столе лежало три конверта: для Светланы, для него и для нотариуса.
В конверте для Алексея была короткая записка и флешка.
«Ты хотел знать правду. Вот она, вся без остатка. Береги мать.»
Флешка содержала сотни документов — финансовые отчёты, расписки, фотографии, аудиозаписи. История империи, построенной на крови и страхе. Схемы вымогательства, угрозы, подкуп должностных лиц — всё, что составляло «бизнес» Виктора Ивановича и Сергея в 90-е.
И отдельная папка — «Максим». В ней Алексей нашёл копии угроз, фотографии слежки, записи разговоров. И главное — инсценировку преступления, которое должен был якобы совершить Максим, если он не исчезнет. С настоящими уликами, с настоящими свидетелями. Это был не просто шантаж — это была полноценная операция по уничтожению человека.
— Он оставил тебе доказательства против себя самого? — Светлана не могла поверить, когда Алексей рассказал ей о содержимом флешки.
— Думаю, он понимал, что всё кончено, — Алексей покачал головой. — И это его способ… не знаю, искупить вину?
— А что в моём конверте? — тихо спросила она.
— Не знаю, — Алексей пожал плечами. — Ты не открыла?
Светлана покачала головой.
— Боюсь, — призналась она.
Они вместе вскрыли конверт. Внутри были документы на всё имущество Сергея, переоформленное на Светлану, и короткая записка:
«Прости меня за всё. Я любил тебя, как умел.»
Дом, в котором жил Максим, был небольшим, но уютным. Белые стены, синяя черепица, садик с тщательно подстриженными кустами. И главное — вид на океан.
