Мария молчала, не зная, что ответить. Эта откровенность заставила её растеряться.
— Полгода назад мне поставили диагноз, — неожиданно сказала Татьяна Ивановна. — Рак молочной железы. Второй стадии.
— Что? — Мария пораженно смотрела на свекровь. — Саша знает?
— Нет, — покачала головой Татьяна Ивановна. — Не хотела его беспокоить. Но когда тебе говорят такое… многое переосмысливаешь. Я прошла курс химиотерапии, сейчас ремиссия. Но это заставило меня задуматься о том, что останется после меня. О моем отношении к людям. И особенно к тебе.
Она снова промокнула глаза.
— Я была неправа. Ты — прекрасная жена Саше и замечательная мать моим внукам. И я… я хотела бы попросить у тебя прощения. Если ты сможешь простить.
Мария смотрела на женщину напротив, и внезапно увидела не грозную свекровь, а просто пожилую женщину, напуганную болезнью и одиночеством. Все заготовленные речи внезапно показались ненужными.
— Я… думаю, мы можем начать сначала, — осторожно сказала она.
— Правда? — в голосе Татьяны Ивановны прозвучала надежда.
— Да, — кивнула Мария. — Но при одном условии. Вы должны рассказать Саше о болезни. Он имеет право знать.
— Я боюсь, что он будет слишком переживать…
— Он ваш сын. Он должен знать.
Татьяна Ивановна вздохнула и кивнула.
— Ты права. Я расскажу ему.
Александр нервно мерил шагами гостиную, когда услышал звук ключа в замке. Он бросился в прихожую, где Мария уже разувалась.
— Ну как? — выпалил он, не в силах сдержать волнение.
— Нормально, — Мария повесила пальто и прошла в комнату. — Сложно, но… продуктивно.
— Что значит «продуктивно»? — Александр шел за ней по пятам. — Вы поругались? Помирились? Что произошло?
Мария села на диван и устало откинулась на спинку.
— Мы поговорили. По-настоящему поговорили. Наверное, впервые за девять лет.
— И твоя мать приедет к нам завтра. На обед. Она очень хочет увидеть детей.
Александр сел рядом, не веря своим ушам.
— Ты серьезно? А как же… всё остальное?
— Все остальное мы тоже обсудили, — Мария повернулась к мужу. — Саш, твоя мама больна.
— Что? — он напрягся. — Что с ней?
— Она сама тебе расскажет. Завтра. Но я хочу, чтобы ты знал — у нее была тяжелая болезнь. И я думаю… это многое объясняет в ее поведении.
— Какая болезнь? — Александр побледнел. — Маш, не томи!
— Саша, я обещала, что она сама тебе всё расскажет, — Мария взяла его за руку. — Поверь, с ней сейчас всё в порядке. Но это был сложный период. И он многое изменил. В том числе и её отношение к нам.
Александр обнял жену, прижав к себе.
— Спасибо, — прошептал он. — Спасибо, что дала ей шанс.
— Не мне, — покачала головой Мария. — Нам. Я дала шанс нам всем.
Обед прошел на удивление хорошо. Дети обрадовались бабушке, особенно когда увидели подарки. Татьяна Ивановна была непривычно мягкой и внимательной, помогала Марии на кухне и ни разу не сделала ни одного критического замечания.
После обеда, когда дети ушли играть с новыми игрушками, а Мария занялась посудой, Татьяна Ивановна отвела сына в сторону.
