Да, Димка немного изменился. И дело было вовсе не в наглости. Просто появление в его жизни такого симпатичного и неглупого юноши придало существованию Дмитрия Борисовича абсолютно другой смысл: оказалось, что быть отцом — очень приятно.
И у него появилось доселе не испытанное чувство гордости:
«Этот красивый молодой человек — мой сын! Знакомьтесь!»
Поэтому, избавляться от новых и приятных ощущений он не собирался. А Тоня ждала от мужа именно этого:
«Дорогая, я сейчас немного помогу этой дев.ке и ее бастарду, в котором я совершенно не признаю своего сына.
А потом мы с тобой будем жить, как раньше! Ты уж немного потерпи, любовь моя! И прости меня, ради Всевышнего, что нарушил твой покой, который для меня превыше всего — ты же знаешь».
А потом он должен поцеловать у нее руку, пообещать подарить бриллиантовое колечко и повести в опочивальню, чтобы заняться тем, что у большинства россиян считается пока еще бесплатным удовольствием и основным времяпрепровождением.
Но этого не последовало, хотя жена смотрела умоляющим взглядом и ждала. А Димка ушел — впервые за все время супружества. И не пришел ночевать: телефон его был заблокирован. Стало ясно, что жизнь дала трещину, и того, что было прежде, не предвидится.
Тоня уже была готова простить мужа: других вариантов для продолжения совместной жизни она не видела, а терять его не хотелось.
А Димка извиняться не спешил: да и за что, собственно? У тебя же тоже были до свадьбы контакты, но это, почему-то, считается нормой!
В результате супруги разбежались: глу.по и нелепо, из-за д. ура.цких принципов и нежелания засунуть гордость в одно место — не они первые, не они последние.
Тоня осталась одна, а Димка сначала вернулся к маме, а потом переехал к своей бывшей зазнобе и нашедшемуся сыну.
Все это сообщила помирившаяся с Димкой Алла Аркадьевна, у которой теперь появилась новая телефонная собеседница.
Пару лет Антонина отходила от брака, вытравливая из сердца любимого человека. А потом познакомилась с Олегом, и он предложил ей выйти замуж.
Возраст женщины уже перевалил за тридцать, и мужчина был очень неплохим вариантом: красивый, самодостаточный, небедный и великодушный — почти идеал кавалера. И у него был только один малюсенький недостаток: он совершенно не умел целоваться…
Но, как и большинство альфа-сам.цов, пребывал в счастливом заблуждении, что у него все чики-пуки.
Тоня, уже отвыкшая от всего этого, хотела сначала научить самодовольного д***чка, как правильно это делать: она владела этим искусством в совершенстве.
Но потом передумала: это бы повлекло массу ненужных вопросов. А еще ей не хотелось расстраивать мужа: он-то думал, что он ма.чо, елы-палы. А кому понравится узнать, что ты «ни разу не ма.чо», как говорила сегодняшняя молодежь, а кое-кто еще?
