— Хватит! — Лена встала между ними, чувствуя, как сердце колотится. — Артём, ты виноват, и ты это знаешь. Почему ты вообще взял машину?
Брат молчал, глядя куда-то в сторону. Дождь усилился, и капли громко стучали по навесу, словно отсчитывая секунды до взрыва.
— Я… мне надо было, — наконец выдавил он. — Срочно.
— Срочно? — Лена нахмурилась. — Что такого срочного, что ты не мог позвонить и попросить?
Артём открыл было рот, но тут же закрыл его, словно передумал говорить. Лена заметила, как его руки дрожат, и это её насторожило. Её брат, который всегда казался непробиваемым, выглядел… сломленным?
— Ладно, — сказал он тихо. — Я подумаю, как оплатить ремонт. Но не сейчас. У меня… нет таких денег.
— Нет денег? — Сергей фыркнул. — А на что ты тогда живёшь? Всё также фрилансишь, да? Или опять в какие-то авантюры влез?
— Сережа, — Лена коснулась руки мужа, пытаясь его успокоить. — Давай не будем.
Но Сергей уже не мог остановиться.
— Нет, Лен, я хочу знать! — он повернулся к Артёму. — Ты вечно суёшься в нашу жизнь, берёшь, что хочешь, а потом делаешь вид, что ничего не произошло! Может, расскажешь, куда ты ездил на моей машине?
Артём стиснул зубы, и Лена увидела, как его глаза блестят — то ли от дождя, то ли от чего-то ещё.
— Я сказал, неважно, — буркнул он. — Простите, что взял. Больше не буду.
Он развернулся и пошёл к подъезду, оставив Лену и Сергея под навесом. Дождь лил всё сильнее, и Лена почувствовала, как холод пробирается под её тонкую куртку. Но холоднее всего было от мысли, что её брат что-то скрывает. И это что-то, похоже, было серьёзнее, чем она думала.
Следующие дни в доме были натянутыми, как струны. Сергей почти не разговаривал, только коротко бросал, что ждёт от Артёма денег на ремонт. Лена пыталась разрядить обстановку, но каждый разговор с мужем заканчивался одним и тем же: «Это твой брат, ты и решай».
Она звонила Артёму, но тот либо не брал трубку, либо отделывался короткими «я занят, позже перезвоню». Лена чувствовала, как в ней растёт тревога. Артём никогда не был таким уклончивым. Даже в свои самые безумные дни он всегда находил время, чтобы позвонить сестре, рассказать какую-нибудь нелепую историю или попросить совета. А теперь — тишина.
В пятницу вечером, когда Сергей задержался на работе, Лена решила поехать к брату. Его съёмная квартира находилась в получасе езды, в старом панельном доме на окраине. Дверь открыла соседка Артёма, пожилая женщина с добродушным лицом.
— А Артёма нет, — сказала она, поправляя платок на голове. — Он с утра ушёл, сказал, что на собеседование.
— Собеседование? — Лена нахмурилась. — А где он работает?
Соседка пожала плечами.
— Да вроде нигде. Он мне говорил пару недель назад, что его сократили. С тех пор он какой-то сам не свой.
Лена почувствовала, как сердце пропустило удар. Сократили? Артём не говорил ей ни слова. Она поблагодарила соседку и вышла на улицу, набирая номер брата. На этот раз он ответил почти сразу.
— Лен, я занят, — голос был усталым, почти безжизненным.
