— Витечка, ну что ты носишься с этой стеной как с писаной торбой? — Кристина стояла посреди просторной гостиной, скрестив руки на груди. — Места и так хоть отбавляй.
Виктор, увлеченно размахивающий рулеткой, даже не поднял головы:
— Крисюша, да ты что! Представляешь, какая красота получится? Снесем перегородку — и вуаля! Студия, как в журнале. Модно, стильно, молодежно!
Кристина подошла к окну и уперлась лбом в прохладное стекло. Внизу, во дворике, старушки кормили голубей, а дворник Семеныч неторопливо подметал дорожки. Все тот же мирный мирок, что помнился с детства. Эту квартиру оставила ей бабуля год назад — каждый угол дышал воспоминаниями о блинчиках на завтрак и сказках на ночь. А теперь Витька, за которого она, дурочка, полгода назад замуж выскочила, только и думает, как бы все тут перекроить.
— Мамочка говорит, — вдруг ни с того ни с сего выдал Виктор, — что такая перепланировка тысяч на триста стоимость поднимет.
— А при чем тут твоя мамочка? — Кристина обернулась, поднимая бровь. — И с какой стати нам о стоимости думать? Мы же не на продажу выставляем квартиру.
Витька мигом бросил рулетку и обхватил жену за плечи:
— Да нет же, солнышко! Просто… ну, вложение хорошее. Мама в этих делах собаку съела — тридцать лет в ЖЭКе отпахала.
Кристина вздохнула так, что аж грудь поднялась. С самой свадьбы Вера Дмитриевна вечно в гости таскается и всякие советы раздает. Сначала-то казалось — свекровушка заботливая, а теперь…
Трррынь! Телефон как назло зазвонил.
— Мамуля, — Витька глянул на экран и весь просиял. — Сейчас на балкончик выйду, там сигнал лучше ловит.
Дверь за ним прикрылась, но не до конца. Кристина и подслушивать не собиралась, но Виткин голос громкий — сама услышала:
— Да, мам, замеры делаю… Она пока упирается рогом, но это дело поправимое… О документах попозже поговорим, не при ней же… Потихоньку, потихоньку…
У Кристины сердечко ёкнуло. Какие еще документы?
— Ладно, мам, потом созвонимся, — Витька внезапно замолчал и вернулся в комнату.
— Опять Вера Дмитриевна со своими наставлениями? — Кристина постаралась говорить равнодушно.
— Да знаешь же маму — любит поучать, — Витька улыбнулся во все зубы. — Слушай, она сегодня к вечеру заглянет, пирожок свой коронный притащит. Не против? — А чего мне против быть? — пожала плечами Кристина.
К вечеру Вера Дмитриевна прикатила с целым арсеналом — пирогом, конфетами и такой приторной улыбочкой, что хоть святых выноси.
— Ой, Кристиночка, какая у тебя квартирка уютная! — причитала она, нарезая пирог. — Золотые руки у моего Витеньки — он тебе такой ремонтик сделает, что соседи умрут от зависти! А потом и малышей заведете, правда, сыночек?
Витька кивал, как китайский болванчик, а Кристина молча наблюдала за этим спектаклем, вспоминая подслушанный разговор.
Когда Вера Дмитриевна собралась восвояси, она вдруг схватила Кристину за руку:
— Деточка моя, я вот о чем подумала. Надо бы тебе документики на квартирку в порядочек привести. Мало ли что в жизни случается. Я могу помочь — опыт-то у меня богатейший.
