Марина вошла в квартиру, бросила сумку на пол и с облегчением плюхнулась на стул. День выдался трудным, ноги гудели, суставы ломило так, словно она была не тридцатипятилетней молодой женщиной, а древней старухой.
В комнате дочери гремела музыка.
— Кать, сделай потише! — крикнула Марина, не в силах подняться.
Марина медленно встала, заглянула в комнату:
— Катюш, ну пожалуйста…
— И так тихо, — бросила дочь в ответ, не поворачивая головы.
— Еще тише, попросила Марина, — у меня голова болит.
— Она у тебя вечно болит…
— Ты же знаешь, что на заводе очень шумно.
— Так не работай на заводе. Устройся в офис.
— Какой офис? У меня же образования нет.
— Так надо было учиться! — Катя традиционно нарывалась на ссору, — кто тебе мешал?
— Вот видишь! — на лице пятнадцатилетней девочки мелькнуло презрение. — А раз не выучилась — надо было удачно замуж выйти. За олигарха!
— За кого-о? — рассмеялась Марина. — Эк, куда тебя занесло!
— Точно… Куда тебе до олигарха? Ты даже простого работягу удержать не смогла!
— Что «Катя»? Разве я не права?!
— Как ты с матерью разговариваешь?!
— Нормально разговариваю. Не нравится слушать правду?
— Не нравится. Ты еще слишком мала, чтобы об этом рассуждать.
— Ну, конечно! Жить без отца, в нищете, с вечно ноющей матерью — не мала!.. А говорить правду — мала еще! Права не имею! Спасибо, мамочка!
Катя закрыла дверь в комнату и врубила музыку на всю громкость.
Марина медленно поплелась на кухню.
Там был традиционный бардак: открытая кастрюля на плите, крошки на столе, какие-то бумажки, в раковине — гора грязной посуды (видимо к Кате кто-то приходил). Марина включила воду…
Но мыть посуду не стала.
Так и стояла возле раковины, глядя в одну точку.
На них просто не осталось сил.
Минут через десять музыка стихла. Еще через минуту хлопнула входная дверь. Катя ушла.
Марина глянула на часы: 22:03.
Прошел час. Второй. Третий.
Телефон молчал. На звонки дочь не отвечала. Сбрасывала.
Марина сбегала вниз, обошла весь двор.
За что она так со мной? — думала Марина, — Почему не отвечает? Неужели не понимает, что я волнуюсь? Господи! Только бы с ней ничего не случилось!»
Она не сомкнула глаз до рассвета. Катя так и не позвонила.
Сначала Марина сидела неподвижно. Потом металась по всей квартире, плакала. Потом сидела у окна, вглядываясь в темноту.
Наконец, словно на что-то решившись, дрожащими руками открыла ноутбук. И написала:
*** За пятнадцать лет она писала ему много раз и каждый раз по-разному. Письма никогда не отправляла.
Зачем тогда? Ведь была уверена, что Олег давным-давно забыл о ее существовании.
Просто иногда, вот, как сейчас, нужно было поговорить… Хоть с кем-то…
Их свадьба была скромной: ни белого платья, ни ресторана.
Решили, что вся эта традиционная атрибутика не сделает их любовь сильнее, а семью — счастливее.
А они были счастливы. Познакомились на работе: работали в соседних цехах.
Когда Олег узнал, что Марина беременна, спокойно сказал:
— Ну вот. Теперь все серьезно. Выйдешь за меня?
